Малышка растет не по дням, а по часам, и требует все мое внимание. Вопреки опасениям лекарям и моим, Лунария абсолютно здоровый ребенок с мощным магическим ядром. Конечно, ее дар еще не проявился, вот только цвет ее глаз стремительно меняется, из-за чего я опасаюсь, что все узнаю о том, кто она есть.
Я давно поняла, кто ее отец, тут и ДНК-тест не нужен, но искать этого Нейта не намерена. Он-то пришел в публичный дом развлечься, а если я вдруг заявлюсь к нему с ребенком на руках, уверена, он лишь вышвырнет нас за порог. Мне такое унижение ни к чему, мы и так прекрасно справляемся сами.
Хоть Эмма и понимающе отнеслась к моему положению и всем сердцем полюбила Лунарию, вот только отлынивать от работы мне не позволяет, но хозяйка и не скупиться на помощь с малюткой.
За это время таверна Эммы стала популярнее, и она приняла решение о расширении. Около месяца хозяйка искала местечко побольше, и это было самое тяжелое время, ведь все заботы о таверне легли на меня. Еще и Луна как раз научилась ходить и с интересом лезла и пробовала все, что попадалось ей на глаза.
— Я нашла, — наконец, счастливо заявила Эмма.
Новая таверна находилась почти в самом центре. Хозяйке пришлось даже кредит взять, чтобы арендовать этот дом, но она была уверена, что все окупится.
Переезд был непростым, но мы справились. Зал здесь был раза в пять больше той маленькой едальни, поэтому Эмме пришлось нанять еще персонала, и для меня это стало настоящим спасением.
Спустя еще два месяца новая таверна, наконец-то, была открыта.
Теперь работа была распределена между новыми работниками, а у меня появилось чуть больше времени и сил на заботу о дочери. Новые работницы тоже сразу полюбили ее, это было ожидаемо. Лунария самый милый ребенок, которого я когда-либо встречала, и это не только мое субъективное мнение матери. Поэтому они тоже любезно помогали мне присматривать за ней, когда я работала.
За окном уже начало темнеть, а в таверне, как всегда, многолюдно. С тех пор как мы сменили место, переехав в центр, здесь практически всегда полный зал посетителей.
Мне с трудом удалось уложить малышку спать, и я спешу на первый этаж, на свою вечернюю смену.
— Чертов сосунок! — резко высказывается гость за стенкой, громко поставив стакан на стол.
От этого тона внутри меня все холодеет, и я резко останавливаюсь. Воспоминания былых дней внезапно всплывают в моей памяти, но я старательно отгоняю от себя эти нелепые мысли. Однако любопытство заставляет навострить уши.
— Что случилось? — спрашивает его собеседник.
— Эти чертовы драконы… Как же они мне надоели, все карты спутал этот малец, — гневно цедит первый, и я вновь напрягаюсь.
Нет, этого не может быть, ему здесь нечего делать.
— Вы о молодом господине?
— Тоже мне молодой господин, молоко на губах не обсохло, а все ему ноги готовы целовать, только потому, что в нем, видите ли, течет кровь великого рода Шакс, — выплевывает ледяным тоном первый. — Если бы не эта семейка, давно бы… — его голос становится тише.
Я не сдерживаю своего любопытства, украдкой выглядывая из-за угла. Однако стоит мне увидеть эти ледяные глаза, я тут же пячусь назад, успев закрыть рот рукой, чтобы не выдать себя. Дышать становится труднее, словно весь воздух резко выкачали из помещения.
— Впрочем, пусть думает, что может тягаться со мной, — ухмыляется чудовище, явно находясь под действием эля. — Этот план с самого начала был ненадежным, мой главный козырь совсем в другом. Моя надежная марионетка уже вовсю втирается в доверие этому напыщенному дракону.
Сердце колотится как сумасшедшее, но я не могу просто уйти отсюда, что-то заставляет меня подслушивать этот разговор, из которого я вообще ничего не понимаю.
— Что же будет потом? — небрежно интересуется третий.
Хоть я и не вижу его лица, но почти уверена, что тот готов уничтожить своего собеседника за подобный вопрос. Однако тот отвечает на удивление спокойным тоном.
— Осталось еще немного, и срок завещания подойдет к концу. Тогда-то мы и узнаем способ, как раз и навсегда избавиться от всего драконьего рода, — зловеще шипит он. — Уж ждать-то я умею.
Да это же какой-то ужасный заговор.
Ноги перестают держать, и я сползаю на пол, громко ударяясь о стенку, разделяющую от моего худшего кошмара.
— А ну, проверь, — слышу тихий суровый приказ.
Только не это! Нельзя позволить поймать себя, иначе под угрозой окажется и Луна, особенно если он узнает о ее сущности дракона.
Каким-то чудом мне удается буквально взлететь вверх по лестнице за считанные секунды. Я притаиваюсь за перилой, продолжая наблюдать за происходящим.
— Никого, — заключает прихвостень.
Мужчина с ледяным взглядом вскакивает с места, направляя к нему. Я невольно отползаю подальше и даже не дышу.
