— Никуда она к тебе не пойдет. Она отправляется ко мне. Если ты малыш ошибся и для нее это опасно, тебе пиздец.
Это Риодан. Но кого он назвал малышом? Единственный человек, кого он называет «детка» или «малыш» — это я.
— Ей я рисковать не намерен. Это безопасно.
— Т-Т-Т-танцор? — еле блею я.
— Тише, Мега. Ты едва не скопытилась. — Он накрывает мою ладонью своей и я вцепляюсь в нее. Мне нравится его рука. Она большая, но легко и уверенно держит меня. Словно говоря — я тебя держу, но отпущу, если почувствуешь, что хочешь уйти. — Никуда она ни к одному из вас не пойдет. Лучше ко мне, — говорит он.
— Вот уж хуй она пойдет к тебе! — взрывается Кристиан, и я вижу замелькавшие вспышки под веками от силы его голоса, и ощущаю накатывающую на меня боль.
Риодан говорит:
— Она слишком слаба, и в случае чего ты не в состоянии ее защитить.
— Я н-не слаба, — выдыхаю я. — Я н-не слаба. — С трудом разлепив веки, я приоткрываю глаза, и слабый уличный свет почти взрывает мою голову. И тут же их закрываю. Офигеть, я действительно чертовски ослабла.
— С черта ли не в состоянии.
— Я вошел прямо в твою берлогу и забрал ее у тебя.
— Меня там не было. Иначе бы ты этого не сделал.
Риодан смеется:
— Ничтожный человечишка.
— Она отправляется ко мне, — повторяет Кристиан.
— Народ, мне серьезно хреново. А к кому ближе? — встреваю я в спор.
— Ко мне, — отвечает Кристиан.
— Иди к черту, — реагирует Риодан.
— Ты даже не знаешь, где это, — возражает Кристиан.
— Все я знаю.
Танцор говорит:
— Честер.
Я отвечаю ему:
— Давай туда. И поторопись. А то щас и правда скопычусь от холода и голода.
Когда мы вваливаемся в «Честер», шум просто раскалывает мой череп от виска до виска. Мне так хреново, что меня начинает шатать. Риодан отдает приказ Лору, чтобы нашел одеяла с грелкой и принес их в комнату, где-то наверху. Я надеюсь, что она оборудована звукоизоляцией. И зная Риодана, скорее всего так и будет. Как Бэтмен, он обладает всеми лучшими игрушками. Мне по боку, куда я иду прямо сейчас. Мне просто нужно прилечь. Я хочу, чтобы они перестали меня таскать и настаиваю на том, чтобы они позволили мне идти самой, потому что я ненавижу, когда меня носят. Все мышцы горят и болезненно дергаются. Я не могу мыслить ясно.
— Выведите отсюда мальца, — приказывает Риодан еще двоим своим людям.
Оба мужика надвигаются на него с двух сторон и хватают за руки.
— Оставьте Танцора в покое! — вмешиваюсь я.
— Все в порядке, Мега. В любом случае у меня еще есть дела, которые нужно закончить. Береги себя, слышишь? — Он серьезно смотрит на меня, и на секунду мне хочется, чтобы все убрались и оставили меня с ним наедине. Жизнь — это так легко с Танцором. Я хочу спросить его, как он оказался на улице рядом со мной. Хочу знать, что случилось. Кто-то мне сегодня спас жизнь. Хочу знать кто это и во всех подробностях.
Но я не хочу, чтобы он здесь оставался. Только не в «Честере». Не хочу, чтобы даже тень от «Честера» легла на него:
— Тогда до вечера? — прощаюсь я.
Он улыбается:
— Надеюсь, Мега. Фильм все еще ждет, когда мы его посмотрим.
— Вышвырните его отсюда. Живо, — рявкает Риодан.
Танцор производит на меня охрененное впечатление, когда стряхивает их руки и выдает с реально невозмутимым спокойствием:
— Я вполне способен позаботиться о себе сам. — И с него не брызжет во все стороны тестостерон, как брызги со шкуры мокрой собаки. Он не превращается в тупого быка, бросаясь на всех без разбору своими рогами. Он просто доводит до их сведения, что сам способен о себе позаботиться.
Я бы глянула, как он удаляется, но тут Риодан разворачивает меня и подталкивает, будто грузовую тележку. Он резко раздает приказы по поводу горячей воды и желе, и сообщает Кристиану, что тот может валить на хрен из его клуба.
Кристиан смеется и плюхается на стул у барной стойки ближайшего к лестнице подклуба.
Пока ковыляю вверх по лестнице, замечаю кое-что интересное. Риодан приостанавливается на секунду, и я оглядываюсь. Он смотрит вниз на танцпол, на детский подклуб, и, словно она может чувствовать его или что-то еще, Джо прямо на него поднимает свой взгляд. Будто только и ждала этого момента. Словно что-то вроде резинки натянуто между ними, и она может почувствовать, если он дергает за нее. Кажется, она еще заметнее, чем они были еще несколько дней назад, осветлила волосы, золота в ее темных локонах явно прибавилось. Она снова искрится между титек — даже одежды не видно, кроме, привлекающих
Через несколько долгих секунд Джо кивает в ответ.
И я думаю, это че за фигня? Она эмпат что ли, как Кэт? Откуда ей знать, что он сказал? И вообще,
