Мой разум ощущал отчётливую хватку дежавю, только вот в погоне за этим чувством я прослушал один трек, затем второй, и так далее. К тому моменту у меня проснулся сильный голод, знаменующий о завершении всех улучшений. Я же просто сидел и внимал, как в последний раз. Потом, спустя ещё несколько часов, когда взошло солнце и я смог оторваться от своего занятия, во мне кое-что изменилось. В первую очередь я сделал главный вывод, что не следует держаться за прошлую жизнь.
“Раньше меня очень тяготил провал в памяти, но, если даже получится вспомнить своих родственников и друзей, то к чему это приведёт? Встретившись с ними, просто подвергну всех опасности. Я всё тот же заразный зомби с пометкой «
После этого мне удалось почувствовать себя чуть свободней, будто случилась эдакая смена парадигмы, или же просто в моей голове зародился новый образ мышления. К тому же я выяснил два основных вида давления на рассудок. Первый –
Второй же вид, настигший меня сегодня ночью, как в самый первый день пребывания в магазине, когда я осознал себя стоящим возле сородичей, следовало назвать –
“Если это вновь повторится, будет ли достаточно включить музыку? Больше у меня нет вариантов…” – Прикинул я на будущее и взглянул на свой телефон. – “Всё же нельзя сказать, что я зря его таскал с собой. Он ещё пригодится.”
Факт заключался в том, что прослушивание песен кардинально меняло моё внутреннее состояние и могло его стабилизировать. Помимо всего прочего, ко мне пришла идея вслушиваться и пытаться выкроить из текста отдельные слова или фразы. В таком случае, путём постоянных проб и повторений, я имел шанс вернуть себе речь даже не имея собеседника. Разумеется, сейчас у меня были другие планы, да и первые потуги не увенчались успехом.
“Главное вспомнить правильное произношение… Язык я не чувствую, поэтому пройдут недели, а может и месяц, пока не получится связная речь.” – Посетила меня мысль, после чего я пошёл утолять свой голод.
Со вчерашнего перекуса у меня оставалось девять порций сырого мяса, в основном куриное филе и семь единиц копчёных изделий. Запасы выглядели всё скудней и скудней, так что мне предстояло за сегодня-завтра их доесть, дабы отправиться за новой партией. Этим я и решил заняться, но сначала пришлось достать мясо из морозильника. Требовалось время, чтобы разморозить имеющуюся продукцию, а пока я принялся поглощать последний кусок ветчины.
Остальные копчёности являлись свиными рёбрышками, за которые мне в профиль начислялось мизерных шесть единиц опыта. Я также распечатал данную продукцию и намеревался сегодня обглодать её, ведь копчёности, пусть и медленней сырого мяса, тоже портились. За две недели их контур снизился с
Управиться мне удалось только ближе к вечеру. Помимо рёбрышек и ветчины, я съел шесть упаковок сырого мяса, что побило все рекорды. Такой лимит вообще не шёл в сравнение с пятью подпорченными порциями, чей контур находился в пределах
У меня оставалось ещё три упаковки сырой курятины, чего в самый раз хватило бы на очередное повышение уровня, однако ночь предполагалась без перекусов.
“Надо позволить желудку отдохнуть. Я и так съел чересчур много…” – Решил я, тщательно вымыв свои руки от жира.
