Некоторое время я обдумывал проблему с разных сторон, пока не понял, что подхожу к ней неправильно. Необходимо найти или создать источник энергии. Причем, не внешний, а внутренний. То есть, находящийся в самом артефакте. Однако, как это сделать я не представлял.
Пришлось вновь погружаться в транс и устраивать очередную ревизию собственной памяти. Как ни парадоксально, но ответ дал опыт наблюдения за деятельностью Вишейта. Император очень часто использовал живых существ для усиления своих ритуалов. Именно эта информация натолкнула меня на мысль о том, что все здешние одаренные имеют свой собственный внутренний источник, который постоянно вырабатывает столь нужную сейчас энергию.
Попытка проанализировать ядро внутри себя самого показало, что создать аналог я не смогу в принципе. От слова вообще. Оно слишком сложное и функционирует по не понятным мне законам и принципам. Однако, это не значит, что нельзя его забрать у кого-то и поместить внутрь артефакта. Но у кого? Под боком только Петуния и Дадли, который, судя по энергетике и ауре, тоже сквиб, хоть и чутка сильнее тёти. Но это родственники, которых я и сам не трону, и другим не дам. Не устраивать же охоту на волшебников, которая может закончиться неизвестным результатом просто в силу моей паршивой подготовки в здешних техниках и минимального развития?
Так и ничего не придумав, я уже собрался было отложить идею стационарного артефакта, когда решение обнаружилось буквально через дорогу.
Выйдя на улицу, дабы прогуляться, подышать свежим воздухом и подумать, сменив обстановку, я увидел одного из множества котов миссис Фигг. И всё бы ничего, но до меня вдруг дошло, что подобных животных мне довелось видеть в Косой Аллее прошедшим летом.
В памяти даже всплыло название этого вида — книзл.
— Очень интересно, — пробормотал я, делая вид, что ничего не заметил и не понял.
Впрочем, вывод напрашивался сам собой. В доме напротив живет старушка, имеющая прямое отношение к обществу здешних одаренных. Учитывая, что в Хогвартсе, за всё время существования Литтл Уингинга, побывало только двое выходцев из сего городка, одним из которых являюсь я сам, даже мысли о совпадении у меня не могло появиться. Ну не может так быть, что именно в этом городишке, ровно на этой улице, точно напротив дома юного сироты-волшебника из богатой семьи поселится ещё один одаренный.
Чтобы не привлекать внимания наблюдателей, которые тут точно имеются, я прогулялся вокруг нашего квартала, после чего, вернувшись домой, поведал о книзлах Петунии и Вернону.
— Миссис Фигг? — покачала головой тётя, — То-то она мне всегда не нравилась…
Мрачно молчавший Вернон, вскрыл очередную пачку сигарет и, раскурив, произнёс:
— Но тебе же она нужна не просто так? Я прав?
— Да, — кивнул я, принявшись объяснять проблемы в создании артефакта и способ их решения.
— Одно ясно — ты прав. Таких совпадения не бывает, — начал Дурсль, когда я закончил рассказ, — Другое дело, что всё это устроить — риск… Ты понимаешь, что произойдет, если нас поймают даже простые полицейские? А если там будут ваши колдуны?
— Прекрасно понимаю, — кивнул я, — Но мы и так по уши ты сам знаешь в чем. Если там будут волшебники, то закономерный финал просто наступит быстро.
Мужчина задумался, а затем покачал головой.
— Не то, чтобы я был против… Даже если она подохнет в процессе — плевать. Скорее всего, она одна из тех, кто устроил всё это дерьмо с сундуком и ковырялся в наших головах… Но тебя самого не смущает тот факт, что ты собираешься… сделать?
— Она — враг, — покачал я головой, — А что надо делать с такими личностями ты знаешь куда лучше меня.
Вернон мрачно кивнул, закурив уже вторую сигарету к ряду. Несколько минут он молча выпускал табачный дым, а затем спросил:
— Ты можешь сказать, что с тобой произошло? Какие-то четыре месяца назад, ты был совершенно обычным ребенком. Мрачноватым, нелюдимым и замкнутым, но обычным. А теперь… Будто бы другой человек. Тебе никогда прежде не пришло бы в голову даже задуматься о том, что кого-то нужно и можно убить… Теперь, ты об этом рассуждаешь так спокойно, обыденно…
«Ну и как ответить? Соврать? Не лучшее решение. Своим врать нельзя, — подумал я, прикидывая как поступить, — Да и не хочу я этого делать. Вернон и Петуния заслуживают правды, а не очередной порции лжи.»
Вздохнув, я покачал головой:
