— Они так и не дали мне восстановиться и отрезали меня от моего же тела, заперев здесь с помощью моей силы, — произнёс мой собеседник, — Из-за этого я продолжил умирать уже тут… В темноте. В тени самого себя.
— Но почему тогда я…
— Мы одно целое, как бы джедаи не пытались этому помешать. То, что они сделали — противоестественно для Силы… И за это Орден таки заплатил… Пока не весь, но у них всё впереди.
— Ты же понимаешь, что рано или поздно… Мы либо станем одним целым, либо…
— Понимаю, — кивнуло моё прежнее «Я», — И я видел, что ОН делал. Вишейт. В каком-то смысле, он даже помог джедаям, создав предпосылки для нашего разделения. Именно его вмешательства в разум стали причиной грядущего разделения личности. Ублюдки из совета тоже не святые. Они, как я понял после ухода из Ордена, ещё в оды обучения неплохо так нагадили в наш разум. Собственно, конфликт между воздействиями Императора и магистров создал раскол внутри нас, который и запустил процесс разрушения личности. Им-то и воспользовались после предательства Малака.
— Ты знаешь как он управляет нами? — поинтересовался я, — Вишейт…
— Ты на верном пути, — усмехнулась моя старая личность, — Император не появляется здесь сам, а использует нас в качестве проектора. Всё дело в том, что ему удалось засунуть в наши мозги. В наш рузум. Ты правильно поступаешь, избавляясь от всего этого. Только, можешь не успеть.
— А мне и не надо, — принял я решение, — Тебе не кажется, что ты тут засиделся?
Золотой блеск целого глаза и кривая усмешка искаженного раной рта стали мне ответом.
— Будет больно, — предупридил меня мой мертвый двойник.
— Не первый раз.
Подойдя ближе, мы просто коснулись друг друга.
А дальше была боль. Не физическая, а моральная.
Я-Реван, что был заперт джедаями, помнил очень многое из того, что оказалось стерто из моей памяти. Да, постепенно он умирал, разрушаясь, что и отразилось на его внешности в моем внутреннем мире. Однако, даже в этом состоянии столь сильной личности удалось создать для себя выход, пусть и временный. И именно его ментальная сила и духовная мощь помогали мне и уничтожали крестаж, постепенно сжирая его, чем и поддерживали существование моего первоначального «Я». Это была долгая агония того, кто уже не мог жить, лишившись всего, включая собственное тело. Но даже в этой ситуации Я-Реван продолжал бороться за своё существование.
До самого конца.
Мои работы в оккулюменции, благодаря которым процесс разрушения психики удалось остановить и начать восстановление и перестройку личности, тоже помог ему, но это было бы лишь отсрочкой…
До сего момента.
Сейчас, я едва мог сдерживать собственную силу, что пыталась вырваться из под контроля, убивая меня самого и уничтожая всё вокруг. Эмоции… Любовь, страх, ненависть… Всё это бушевало во мне, пока воспоминания двух личностей объединялись, переосмысливались, оценивались, а сознание окончательно трансформировалось, обретая черты всех тех, кем я был…
За несколько минут мне пришлось заново пережить, обдумать и ощутить всё то, что стало моей судьбой за десятки лет в прошлой жизни и годы в этой.
Когда всё закончилось, в обиталище сознания больше не было никаких барьеров. Не было преград. Стоило же сконцентрироваться на структуре собственной психики, как стало ясно, что теперь дело пойдёт куда легче. Прежнего хаоса больше не было. Ещё оставались многочисленные поврежденные или искореженные сегменты, но в целом — все составляющие моей личности смогли срастись и образовать новую, полноценную систему.
«Вот ты где! — подумал я, сумев заметить то, что раньше было скрыто осколками поврежденных структур, — Теперь понятно откуда эти фокусы…»
В самом центре всей структуры психики находилось образование, созданное чужой силой. И это не детище джедаев, коих тоже хватало. Сгусток темной, тяжелой, жесткой воли, словно бы вбитый в самый фундамент личности и проросший в её связи с даром и волей, физическим телом и элементами логики, мышления и восприятия.
Всё это имело собственную защиту и просто так с детищем Вишейта было не справиться. Ситуацию усугубляло то, что данная структура, напоминающая здешних кальмаров, в случае уничтожения или принудительного выдирания, могла и убить, если судить по её связи с нервными узлами в желудочках сердца.
В этот момент я понял, чего был лишен все эти годы и десятилетия. Сила и опыт. Знания. Навыки. То, что делало меня рыцарем джедаем, а потом и Лордом Реваном, давало могущество и помогало выжить в самых сложных ситуациях.
Именно они подсказали как надо действовать.
Создав иллюзию Императора, и накачав её энергией, трансформированной под него, я принялся программировать получившийся фантом. Его задачей было снятие защитных структур и «деактивация» творения Вишейта. Если моя задумка получится, то убрать выключенное воздействие будет легко.
Когда подготовительная работа была завершена, фантом приступил к делу, а я остался наблюдать за всем процессом со стороны.
