— Почту за честь, — польщённо протянул тридан.
— Я не понимаю, почему я должна жить здесь? А ты где будешь жить?
— Вопрос не в том, где я буду жить, а в том, буду ли я жить вообще, — пробормотал Фарлайт.
— Повтори, я, кажется, неправильно расслышала…
— Не говори постоянно «кажется», ты всё всегда правильно понимаешь. Возьми эту бумагу.
Девушка развернула конверт и, прочитав только первую строку, разразилась рыданиями.
— Не уходи… Я знала, я знала… Не уходи, даже если это очень важно!
Мирт тактично оставил их одних, но приложил ухо к стене в соседней комнате.
— Назови мне причину, которая может меня остановить.
— Ты умрёшь, как предсказывала Вронагерна!
— Умрёт только тело. Моя энергия вернётся туда, где ей и следует быть, в объятиях всеобщей матери.
— Твоя смерть будет бессмысленной. Судьи будут продолжать своё оскверняющее правление над Тьмой.
— Тьма будет помогать мне, она не допустит этого. Твои смешные аргументы закончились?
— Нет…
— Ну?
Нефрона бросилась на Фарлайта с объятиями, бессвязно что-то бормоча.
— Говори чётче! — сказал маг.
— Я тебя люблю!
— Я знаю.
— Люблю, не как брата!
Фарлайт испуганно оттолкнул её от себя и быстро вышел из квартиры Мирта.
— Бездушный… слепой… все эти годы… разве он не замечал… — всхлипывала Нефрона. Мирт вернулся в гостиную. Его руки дрожали, на этот раз он не смог их унять — да даже и не пытался.
— Признайся, то, что ты ощущаешь — не любовь? — холодно произнёс он. — Хотя бы потому, что мы не можем любить как-то особо, как люди. Мне думается, что я тоже тебя люблю, но когда я смотрю на свои чувства скептически, то понимаю, что это не любовь вовсе, а смесь уважения, симпатии и привязанности.
Нефрона подняла на него заплаканные глаза. А Мирт не успокаивался.
— Да, с местом жительства тебе не повезло. Ингвилия! Из мужиков одни маги и сморты, всем известно: они страшные, что последний бес. А Фарлайт оказался на рожу более-менее терпимый, хоть и жирный. Вот ты и «влюбилась», да?
— Не смей так со мной говорить…
— Да ещё и все родственники погибли, а ты добрая и мягкая, так хотелось положиться на кого-то в горестные минуты одиночества… А ты не думала, что твой миленький их всех и взорвал? Ты помнишь, как он говорил о своей семье? «Мрази»! У него же мотив!
— Замолчи! Замолчи! — вскричала Нефрона. Она набросилась на Мирта с кулаками. Тот не сопротивлялся, и девушка повалила его, замахнулась, но, в последний момент опомнившись, отпрянула назад, к окну.
— Что ты вообще понимаешь в моём внутреннем мире?
Мирт заметил, что энергия в воздухе шевельнулась. Источником был карман Нефроны. Там лежал её новый оберег на удачу, но тридан этого не знал.
— Что твой мир не умеет разбираться в людях. Уже простила Фарлайта за то, как он прогнал тебя из-за проклятья?
— А ты был на его стороне!
— Я не мог иначе.
— Почему?
— Не могу сказать!
— Потому что тебе и нечего говорить!.
— Успокойся, — сказал он, вспоминая формулу покоя. «Четвёртый ранг, пятьдесят на пятьдесят… Получится?» Не получилось. Но злоба больше не владела Нефроной; она перегорела. Девушка подошла к окну и мысленно устремилась в небеса.
— Наш общий знакомый борется с несправедливостью, — сказал Мирт, встав рядом с ней. — Но что в его конечной цели? Думаешь, благополучие народов? Нет. Он просто сектант, фанатик.
— Помолчи, пожалуйста. Просто помолчи.
Они стояли так несколько минут, пока на улице двое человек — мужчина и женщина — не начали выяснять отношения.
— Висит лунник на шее или нет, в голове одни и те же страсти, — нарушил молчание Мирт. — Лучше бы они спорили о равенстве не между собой, а с право имеющими.
«Облако над городом всё ещё держится», — подумал Фарлайт. — «Тьма, я всё верно делаю?»
«Да, дитя.»
Маг отправился бесцельно бродить по улицам, не выпуская из виду манерные шпили здания суда. На площади он заметил компанию молодых магов, горячо что-то обсуждающих. Фарлайт приблизился и обрадовался:
— Защитники чистой Тьмы! Вот чья поддержка мне действительно нужна!
Те презрительно смерили его взглядом.
— Что тебе надо от нас, пришелец?
— Я один из вас, братья!
— Да ну? Настоящий Защитник никогда не выйдет из дома без сетки, — один из них, более остальных похожий на главаря, указал на чёрную паутину нарисованных вокруг глаз линий.
— Мне было некогда рисовать её.
— Так что ты хочешь? — главарь угрожающе двинулся на него.
— Просто побыть с вами.
— Бездельники и болтуны нам не нужны!
— Да отстань ты от него, Манфлар, — вмешался другой «защитник», по имени Харлейм. — Любой, кто ненавидит смортов, будет нам полезен!
Манфлар благосклонно махнул рукой.
— Хорошо, оставайся.
— Я прекрасно отношусь к смортам, — хмыкнул Фарлайт. — С недавнего времени. Во всяком случае, не хуже, чем к триданам или кшатри.
— Побойся Тьму! — крикнул Манфлар.
— Я узнал, что Мать равнодушна к смортам! Они изменяют неживую плоть, которая уже не является частью Тьмы!
— И ты ещё имеешь наглость называть себя Защитником чистой Тьмы?
Главарь сложил пальцы в замок, затем выбросил левую руку вперёд, имитируя правой натягивание тетивы. Стрела — простое боевое заклинание.
