Затем она сходила почистить зубы. Была только холодная вода, невольно отсылавшая к недавнему сну о рыбе. Сполоснув невыспавшееся лицо, вернулась планировать день. В первую очередь – надо найти работу. Стажа у Коры, к сожалению, не было. Раньше она лишь училась и приглядывала за матерью; теперь же требовалось понять, как полученные навыки уборки и мытья посуды помогут ей устроиться в Чеховске.
Завтракать пошла в ближайшее кафе. Находилась оно в конце улицы, немного правее книжного магазина. В очереди незнакомец спросил, почему Кора ходит в перчатках, хотя на дворе лето. «Ты похожа на мою тещу, когда у нее в голове что-то перегорело», довольно сказал он. От обиды Кора съела на две булочки больше, чем планировала.
Следующие полдня она провела за допотопным компьютером в муниципальной библиотеке, читая объявления.
Там требовался опыт работы, тут – специальные навыки, куда уж без них. Вскоре Кора почувствовала себя абсолютно бесполезной. Она не владела программированием, не умела водить машину и была не готова ездить в соседнюю область на завод по упаковке печенья.
С трудом удалось выцепить пару заявок о найме продавцов. Кора выписала их в блокнот и пошла по адресам.
– Нет, вы слишком молоденькая, – говорили одни.
– Извините, мест нет, – категорически отвечали другие.
А в газетном киоске, так вообще, осмотрели ее с ног до головы и процедили:
– Это старое объявление, девушка. Нам уже никто не нужен.
К седьмому отказу Кора начала догадываться, что что-то тут не так. Неужели виной всему одежда? Обычное ведь платье цвета бордо, пускай и с крупными бантами, кантиками на подоле и рукавами-фонариками. В Питере на него никто внимания не обратил бы.
Хотелось плакать. Проведя на ногах весь день и потратив часть денег на проезд, она не добилась ничего. «Я избалованная неженка, – осознала Кора с предельным трагизмом, – и они это видят. Я ничего не умею делать. Похоже, пора готовиться к голодной смерти»
Вскоре она вернулась в кафе «Восторг», заказала себе кофе без кофеина, получила в ответ недоуменную реакцию и вконец приуныла. Владелица этого места, дородная женщина, стоявшая на кассе, осторожно поинтересовалась:
– Тяжелый день?
– Если так можно назвать сумбурный поток неудач, преследующих меня с рождения, – то да, тяжелый, – Кора скомкала в руках очередную бумажную салфетку.
– Неужели все настолько плохо?
– Думаю, будь у меня хобби помимо коллекционирования необычной одежды, я с меньшим трудом отыскала бы себе работу. Никому не нужны подростки, сидящие на шее родителей до совершеннолетия.
– Так тебе восемнадцать? А ведь и не дашь, – удивилась толстушка, мило улыбаясь.
Кора смутилась.
– Это для красного словца. Мне шестнадцать – что еще хуже, – ведь меня даже ночным сторожем не возьмут.
– Бедная девочка. И что же – везде-везде отказывают? Ты ведь такая красавица!
Вот уж неправда. Все, кто ее видел, всегда говорили, что у Коры внешность по-английски холодная: тусклая и пасмурная, как грозовое небо осенью. Кожа бледная, волосы непонятного цвета. Даже глаза, и те пыльно-серые, словно при ее создании пытались сэкономить на красках.
Хотя комплимент, скорее всего, был адресован наряду.
Слово за слово, они разговорились. К вечеру «Восторг» опустел, и Кора осталась предпоследним посетителем. Кроме них двоих в кафе был лишь мрачный, не по погоде одетый мужчина с небритым лицом, засевший в углу.
Владелица, назвавшаяся Марьей Федоровной, услышала краткую историю их переезда в Чеховск. Сама же, в свою очередь, пожаловалась на низкую посещаемость и конкурентов. В какой-то момент в голове Коры сложился пазл, и она выпалила:
– А давайте я помогу вам готовить разные виды кофейных напитков!
– А стоит ли? – пожала плечами женщина, указывая за прилавок. Там стояла простенькая капсульная кофеварка. – Моя помощница со всем справляется. Да и город у нас маленький, новшества здесь не особо любят.
– Давайте приготовлю, а вы попробуйте. И если понравится, то я стану вашим бариста.
Кора рассмеялась. Вот же оно!
Чуть ли не с первых классов она оценила этот благородный напиток. И хотя пришлось постараться, чтобы объяснить владелице кафе, кто такие бариста и за что им стоит платить, домой Кора возвращалась в приподнятом настроении. Со следующего утра она приступала к работе. Обязательным условием было носить эти «чудесные милые наряды», так понравившиеся ее нанимательнице.
Наступили однообразные трудовые дни.
Рано утром Кора перебегала дорогу, спускалась вниз квартала к вычурной неоновой вывеске и вставала за прилавок. Там ждали своего часа специально для нее купленные кофейные турки, а также молоко, сливки, набор сиропов, пряностей и прочих необычных добавок, вроде шоколадной стружки.
Рядом работала Настя, хорошенькая племянница Марьи Федоровны. Она была чуть старше Коры, но со стороны казалось иначе. Настя была тихой, почти незаметной девушкой. И хоть они почти не общались, Кора прониклась к ней симпатией.
