Лучше сразу посмотреть. Кора повторила это про себя несколько раз: «Просто взгляни на нее, и страх пройдет», и сдвинулась с места. Она медленно вышла на середину комнаты. Обогнула журнальный столик и начала поворачиваться. По мере того как ей открывался вид на обратную сторону кресла, горло все сильнее и сильнее сдавливало невидимой клешней.
Действительно, это была не Лиза.
Скорее ее жалкая копия, гниющая от болезни. Роскошные золотые волосы поредели, открыв провалившийся на макушке череп. Под кожей – всей в язвах и фурункулах – происходило подозрительное движение. Там бурлила жизнь. Чужеродная. Опасная.
– Ты пришла, – прошептала мумия. – Я знала, что ты вернешься. Спустя столько лет…
Кора крепко зажмурилась.
– Хватит фарса! – выкрикнула в потолок. – Меня уже пытались напугать схожим образом!
Пусть не думают, что она ничему не научилась. Жизнь среди призраков закалит даже самое нежное существо.
Но никто не ответил.
– Ты совсем не изменилась, а я, я уже не та, что прежде. Нет былой красоты, меня словно выело изнутри. Но это не важно, – продолжила шептать копия матери. – Теперь я стала жилищем для чего-то большего, чем моя личность. Видишь? Они поселились во мне, выбрали меня – и все благодаря твоим усилиям.
– Замолчи.
– Это нормально, когда талантливый ребенок становится частью того мира, мира за гранью изнанки. Его близкие тоже меняются. Это способ выживания.
– Ты не она, ты не моя мать! – кажется, она сорвалась на визг.
– И они все станут такими. Почвой для прекраснейших из цветов…
Изо рта Лизы показались кончики черных стеблей. Они трепетали и тянулись к Коре. Девушка вскрикнула. Будто реагируя на этот звук, наружу прорвался поток омерзительных растений – среди лепестков встречались подобия пальцев и пустых век с ресницами. Все это упало на колени фальшивки, начало стремительно распространяться по комнате, опутывая мебель и пол.
Кора отвернулась от хохочущего тела, разрываемого изнутри. Мумия Лизы почти исчезла под покровом растений, только линия окровавленных губ и белки глаз выдавали, что за ними еще был человек. Омерзительное зрелище.
Кору затрясло. Она бросилась к выходу, хоть стебли и пытались ее утянуть. За дверью ждала новая картина.
Серый песок и черное небо. Мир лишенный красок. И ее друзья, все, кого она встретила в Чеховске, стояли к ней спиной у самого края мрачной пропасти. Кора не видела, что внизу, но знала – туда не стоит заглядывать. Никто не захочет знать, что внизу.
– Ты должна была все исправить, рассказать им правду, – сказал Тима незнакомым голосом.
«Они не настоящие. Это все обман, не бойся и не смотри»
– Мы тебе верили. Теперь мы умрем, – произнесли сестры тем же самым голосом.
Как по команде, они все наклонились вперед, будто захотели, чтобы то, что обитало внизу, могло их рассмотреть. И зачем Кора представила себе огромный язык – такой же, что украшал необычные ножницы – и как он тянется со дна и обвивает одного за другим? «Это их виденье, такого не будет!» подумала Кора с отчаянием.
Но как только они разом сделали шаг вперед, бросилась к ближайшей цели. Тело двигалось само по себе. С закрытыми глазами она оттащила Тимофея от края пропасти и упала вместе с ним.
– Одного из десяти… будто никого и не спасала, – Он повернул голову деревянным движением манекена. У него не было лица. Голос шел откуда-то снаружи, пока Кора не поняла, что он доносился со дна. Вместе с сочным чавканьем.
Не думай, что оно ест, просто не думай, забудь (мясо твоих друзей) замолкни, хватит!!
Тима вцепился в нее, пытаясь утащить за собой на дно. Ни попытки вырваться, ни удары с укусами не помогли. Ее сбросили вниз. Она услышала приближающийся скрежет сотен зубов…
И декорации снова поменялись. Кора поняла, что ее заперли в гробу. Узкие стенки давили, снаружи звучали голоса близких, оплакивающих ее. Грохотала земля, падая на крышку. Она рыдала и молила прекратить издевательства.
Мучительные образы непрерывно сменяли друг друга, как в калейдоскопе, плавно перетекая в новую форму.
Она проводила часы в запертых пространствах, медленно утопая в крови, воде, песке и костях. На сгибах локтей буграми проступали слова: «Раскрой секрет – на выход получи билет»; мертвые головы катались вокруг с криками, что она должна быть честной девочкой, хорошей девочкой; ее бросали в класс посреди урока геометрии, где омерзительный гомункул, получившийся от слияния учителя и ее одноклассников, требовал решить задачу № 357 из учебника (где то самое место, как в него попасть, скажи, скажи немедленно), а Кора до крови закусывала язык, чтобы не закричать.
И чудовище разевало огромную перекошенную пасть, нависая над ней, и оттуда доносился хохот абаасов…
Бродя в зеркальном лабиринте, среди сотен собственных искаженных копий, Кора стала забывать, кто она и для чего здесь находится. Это длилось долго, слишком долго.
Наконец она остановилась и прижалась к холодному стеклу, остужая лоб.
