- Ну ты же должен был уже понять и Роба тоже. Он мясник и варвар, и жесток не в меру, но вместе с тем и благороден, и предан тем, кого любит. А тебя он любит. И он не бьет со спины под дых. Он не мог врать тебе. Ты думаешь ему легко далось это? Он терзался не меньше меня. Макс, ему и сейчас должно быть тяжелее, чем тебе. Ты жертва в этой ситуации, несчастная жертва, достойная сострадания и сочувствия. А он тиран. Который должен убить сына своего друга. Каково ты думаешь, ему сейчас? И ты думаешь у него есть выбор? Ты правда думаешь, что он желает этого? Нет. Но мы все защищаем собственных детей. Все.
Макс плакал. Он упал на плечо к Элейн и рыдал:
- Эл, а если ты ошибаешься? Может ты всё неправильно поняла? Ты же убьёшь ещё невинного ребёнка.
- Макс, Лигар понял тоже самое, но гораздо раньше меня. Я не ошибаюсь. Я очень, очень на это надеялась, когда летела к нему. Но нет. Я не ошиблась.
И Макс наконец оторвался от плеча Элейн и утёр рукавом слёзы:
- Ладно Эл… Тогда я сделаю это по-своему. Я скажу Вэл, что понял, что он не мой сын, и что я не желаю его больше видеть, и что я отправлю его в Минос, чтобы он не попадался мне больше на глаза. Она будет рыдать и злиться, но потом она смирится. Но она будет знать, что он жив и здоров. А я посажу его на корабль, со своим верным человеком, и он в пути, напоит его сонной травой, и утопит в море. Он ничего не почувствует, и его смерть будет лёгкой, он просто уснёт навсегда. Устроит тебя так?
Элейн была ошеломлена. Она не думала, что Макс на такое решится. Но так было бы даже лучше. Видимо он понял, что выхода нет, и решил уберечь Вэл от ещё большей боли и страданий. И Элейн согласилась. Он просил не торопить его. Он сделает это, как будет готов. И Элейн пообещала ему это. И Макс ушёл.
Вечером она рассказала об этом Роберту, и тот спросил:
- Ты думаешь он выполнит, что пообещал?
Элейн пожала плечами:
- Надеюсь да. Если он и правда это сделает, мы у него в неоплатном долгу, до самой смерти.
А через месяц, Вэл ворвалась в покои Элейн, и рыдая бросилась ей на руки:
- Эл, Макс догадался, что Маверик не его. Он отослал его в Минос, и сказал, что я больше его не увижу, и что он сам не желает его видеть. Эл, что мне делать? Боже, какая же я несчастная…
Она долго плакала, но Элейн и самой хотелось рыдать. Она чувствовала себя так паршиво. И Элейн спросила у Вэл, когда та немного успокоилась:
- Вэл, почему у вас нет других детей?
Вэл пожала плечами:
- Не знаю, не выходит.
Элейн понимала, что тут дело скорее всего в Максе. И она отправила к Лигару гонца, и просила прислать зелье для Макса. И вскоре старец прислал лекарство, и Вэл аккуратно капала мужу капли в еду. А через два месяца она забеременела. И вскоре ожидание нового, долгожданного дитя, заставило Вэл и Макса успокоиться.
Элейн же с Робертом, продолжали испытывать бесконечное чувство вины перед Максом и Вэл. Нет, они и сейчас поступили бы так же, но они понимали, что значит потерять дитя, и это глодало их души. Но время лечит, и когда родилась девочка, Макс назвал её Эмма, и казалось, что всё забылось. Макс стал прежним, он был безумно счастлив. Теперь у него был его собственный ребёнок. И он любил его больше жизни. И было похоже, что он простил Хемсвордов.
И он действительно простил. Теперь между ними было всё как прежде. Но тогда, он был очень зол на них, считая, что не им решать, кому жить, а кому умирать. Короны на их головах, не делали их Богами. И их дети, были ничем не лучше, и не важнее всех прочих. А потому, он и правда отправил Маверика в Минос. Но никто не собирался топить его по пути. Он благополучно туда добрался со служанкой Вэл, что была верной ей, ещё со времён, когда они жили на Скале дракона. Эта служанка Лифф, была лучшей подругой Вэл, и та делилась с ней самыми сокровенными тайнами, и доверяла ей. Макс снабдил Лифф крупной суммой денег, и велел устроиться там, и больше никогда сюда не возвращаться, и растить мальчика, как собственного сына. Что до самой Вэл, так она не была в курсе того, почему Макс на самом деле отправил Маверика из Мидлтауна. Она и правда считала, что лишь потому, что муж узнал, что он не его сын. Макс не посвятил её в истинную причину, считая, что так будет лучше для всех.
Но в тот вечер, когда Король закатывал пир в честь рождения Эммы Стоксон, немного поднабравшись, Роберт обнял Макса, что сидел с ним рядом, и виновато спросил:
- Макс, ты правда смог простить меня?
И Макс упёрся ему лбом в лоб, и тихо ответил:
- Да, Роб. Но ты всё равно чёртов мерзавец. Хоть я и люблю тебя.
Роберт громко засмеялся, а потом добавил:
- А Элейн?
Макс улыбнулся:
- А она стерва. Но и её я люблю. И вы друг друга стоите…. Та ещё, драконья семейка...
Глава 38
Первый Король
