А сын барона Лиама Лайнса, Лок Лайнс, тем временем уже отпраздновал свадьбу с дочерью барона Десмонда Гибса, Дианой. И хоть безутешная Диана и продолжала проклинать судьбу, будучи по уши влюблённой в Гордиса Уайлда, отец не оставил ей выбора, и она подчинилась.
Была и ещё одна радостная весть. Фил тоже готовился стать отцом. Вскоре после известия о беременности Королевы, Мелони почувствовала себя очень скверно, и лекарь, осмотрев её, обрадовал Фила, сообщив о скорой прибавке в их семействе.
Наконец день, которого так нетерпеливо, ждала Королева, настал. Сидя на балконе со своим мужем, и наслаждаясь прохладой и свежестью вечера, она вдруг ощутила едва заметный толчок в своём чреве. Её глаза вспыхнули радостным огоньком, и она схватила руку Роберта и приложила к своему животу:
- Роб, она толкнула меня!
Роберт с волнением и несколько удивлённо, смотрел на жену:
- Почему она? Откуда ты знаешь?
Она улыбнулась:
- Это будет девочка, я знаю.
Роберт, всё ещё не отнимая руки от живота жены:
- Но откуда? Почему ты так уверена?
Но она лишь улыбнулась:
- Я знаю, и всё. Поверь мне.
И тут снова слабый, едва ощутимый толчок, и Роберт почувствовал его своей рукой. Он с любовью посмотрел на жену:
- Эл, я почувствовал, и правда толкается.
И он поцеловал живот своей жены.
Утром следующего дня, Элейн не мешкая ни минуты, помчалась на драконью лужайку. Она не стала брать сопроводителей, решив, что отныне в этом нет нужды. Но когда она была в тридцати метрах от своих чад, она, в тревоге, остановилась. Она ощутила, как дитя в её чреве, зашевелилось и начало сильно толкаться, и толчки не прекращались, а лишь усиливались. Элейн подняла глаза на своих драконов, они смотрели на неё, ожидая, что наконец то она подойдёт к ним, но она в отчаянии, побежала прочь. Она боялась, что может ещё рано, ребёнку явно что-то не нравилось, он беспокойно толкал её снова и снова, и что-то было не так. Она не хотела рисковать драгоценным даром, и решила, что подождёт ещё несколько недель.
И по мере удаления от драконов, дитя успокоилось.
Спустя три недели, она снова шла к своим чадам, но теперь медленно, пытаясь уловить малейшие знаки и сигналы в своём чреве. И когда она была в двадцати метрах от них, дитя вновь начало беспокоиться внутри, но.. лишь на несколько секунд. А потом оно успокоилось. И Элейн медленно приблизилась к Беллатриксу. Она несмело протянула руку, всё ещё опасаясь коснуться его, и застыв ненадолго, и не ощутив ничего внутри себя, погладила дракона меж ноздрей. И снова прислушалась к себе… Но нет, всё спокойно. И теперь она безудержно ласкала, и с нежностью прижималась к огромным, шипастым мордам. Драконы с шумом выдыхали воздух, и нетерпеливо топтались на месте, и по всему было видно, как они были рады. Но всё ж Элейн решила не задерживаться надолго в первый раз, и с любовью взглянув на драконов, пошла назад. Как только она ушла, они поднялись в небо и разрывая небеса громким рёвом, парили над замком весь день. Они были словно расшалившиеся дети, они взмывали высоко в верх, и камнем падали вниз, едва не касаясь башен Мидлтауна, а затем расправляли крылья, и вновь взмывали в небеса, подхватываемые мощными взмахами, и парили. Элейн любовалась ими и улыбалась, умиляясь их проделкам.
Теперь она ходила к ним каждый день, но ещё не отважилась полететь. Она опасалась за дитя, ей всё же было немного не спокойно, и она откладывала полёт. Она не сказала Роберту, о причине, по которой она заставила ждать его так долго, долгожданного дитя, переживая, что он не пустит её к ним до рождения ребёнка. И когда он спросил её, почему Беллатрикс больше не прилетает на их башню с мостом, она сказала ему, что лишь перестраховывается, чтобы тот рёвом, не будил её, и не прерывал, и без того неспокойный, сон.
Но теперь с этим покончено, и её дракон может вернуться на свою излюбленную башню. И спустя месяц, она полетела. Она снова парила в небесах, и счастье окутывало её мягким коконом, и разливалось приятным теплом по всему телу.
Но срок близился. И в одну из ночей она проснулась от резкой боли в животе, и почувствовала, как простыня под ней, намокла. Она села на кровати и толкнула мужа:
- Роб, кажется, началось.
Роберт не сразу понял спросонья, но быстро очнувшись, выбежал в коридор, и приказал охране бежать за лекарем и повитухами. Король не мог унять волнение, он с тревогой смотрел на жену и был совершенно растерян, он метался по комнате, и с ужасом смотрел, как его жена, периодически корчится от боли, хватаясь за живот. Наконец целая армия прибежавших повитух и лекарей, отправили его прочь из покоев.
