Предсвадебная суматоха чувствовалась во всём замке и за его пределами. Повара трудились без сна и отдыха, служанки бегали, чистили, мыли, сновали из комнаты в комнату, обслуживая многочисленных гостей. Ранее несколько пустоватый замок, теперь наполнился жизнью и людьми, коих было через-чур много. Приняв ванну, Элейн решила сходить к драконам, которые облюбовали место вне стен замка, в нескольких километрах от крепостной стены на поляне в лесу. Она позвала служанку и попросила передать конюхам оседлать ей лошадь. До свадьбы было ещё 5 часов, она вполне успеет. Через полчаса она уже скакала к своим чадам. Она рассказывала им, как она счастлива, она ласкала их, и ей казалось, что теперь, ей всё по силам. Но драконы и так чувствовали её, они знали, что у неё на сердце. Они всегда знали.
Она вернулась в замок, и служанки принялись одевать и причёсывать Элейн. Они вплели корону ей в волосы, одели колье, и теперь она была полностью готова. Великолепное платье, с глубоким вырезом, приталенное и ниспадающее пышным каскадом в пол, оно было идеальным. Вскоре Пришли Макс и Фил, они получили необходимые инструкции, и проводят её к жениху.
И наконец час пробил, и Макс вёл свою подругу, предложив ей руку, к её будущему мужу. Церемония была организованна в саду. Большой красивый цветастый парапет с украшенной аркой служил алтарём, и был расположен бод большим красным дубом. Прелат, призванный произвести брачную запись в летописных книгах Дома Хемсвордов и в книгах Графства, ждал на готове. А Рэд и Кони ждали у алтаря, чтобы заключить своим благословением и согласием, их брачный союз. Гости стояли вокруг, оставив лишь узкий проход для невесты и жениха. Таковы были традиции этого мира.
Макс подвёл до ужаса волнующуюся Элейн к Роберту, который светился от счастья, и передав руку невесты, отошёл с поклоном. Роберт торжественно провёл невесту по проходу к алтарю, и Граф Рэд Хемсворд, глава Дома Хемсвордов, и отец Роберта Хемсворда объявил о благословении брака своего сына с Элейн Тёрнер. После чего Кони Хемсворд подала сыну кольцо, и он надел его на палец, теперь уже своей жены. Прелат сделал записи в летописях и Рэд Хемсворд заверил её своей гербовой печатью Дома Хемсвордов.
На этом церемония считалась завершённой, и все проследовали на пир в зал приёмов.
Молодой Граф медленно и торжественно вёл свою молодую прекрасную Графиню на пир, под одобрительные возгласы и рукоплескания толпы. Вскоре весть об этом облетела всю округу, а затем, вырвалась и за её пределы, достигнув самых дальних уголков Вэссекса.
И где-то в далёкой Цитадели, Прелат Тортон, сняв послание с лапки голубя и прочитав его, довольно и загадочно улыбнётся. После чего откроет толстую старую книгу и начнёт что-то писать.
ГЛАВА 30
НОВЫЕ СОЮЗЫ
Пир был пышным и начинался очень торжественно. Роберт поднял первый тост за Графиню Хемсворд, под одобрительные крики гостей. Потом гости поднимали тосты за молодую чету, за родителей, за Макса и Фила, и даже за драконов Элейн. В общем, очень скоро, пир пошёл по своему обыкновению, когда все много пили и пели. Музыка и скоморохи развлекали гостей.
Элейн хотела сбросить с себя тесный корсет и платье. Она не привыкла к такой одежде, и спросила у мужа, как долго они должны быть с гостями? Роберт, не ответив ей встал и потребовал тишины. Все замолчали, и тогда он произнёс:
- Пришло время вам проводить меня и мою молодую жену! Мне пора исполнить свой долг и порадовать мою Графиню!
И под громкий вой гостей, он поднял Элейн на руки и понёс в свои покои, а гости с одобрительными криками и свистом провожали их до графских дверей.
Наконец они остались одни и крики разгорячённых гостей стихли в коридорах. Элейн осмотрелась вокруг. Эта комната была очень большой и просторной. Пол был застлан толстыми медвежьими шкурами. Кровать была очень большой с балдахином на верху. Шкафы и тумбы были выполнены из красного дуба. Едва горел камин, отбрасывая тусклый свет.
Роберт аккуратно снял с Элейн колье и выпутал из волос корону, он медленно расшнуровал платье, и оно упало на пол, потом он развязал корсет и отбросил его в сторону. От каждого его касания, её тело трепетало. Теперь она стояла перед ним в одной длинной рубашке. Он начал целовать и ласкать её, распаляясь всё больше и больше, он сорвал с себя одежду оголив свой крепкий, мускулистый торс. Он быстро скинул сапоги. И снова кинулся к ней. Он опустил её на кровать, и теперь уже не сдерживал своих рук и губ, а она задыхалась от вожделения. Он разорвал на ней рубашку и скользнул губами по груди и вниз по животу, раздвинул её ноги и опустил свои губы между них. Она протяжно и сладострастно застонала, и вскоре взревела, сжав его голову коленями. Он поднялся и расстегнув штаны, овладел ею, заставив содрогаться всё её тело. А потом он овладевал ею снова и снова, почти до самого утра, заставив её испытать то, чего она не знала ранее. И лишь с рассветом, оба обессиленные, но счастливые, они уснули в объятиях друг друга.
