Но верзила-послушник проигнорировал оскорбление. Все так же пел святые молитвы, а желтоглазая тварь в это время лакомилась внутренностями убитого, почти полностью засунув голову тому в живот. Либо у нее не было мозгов, либо она посчитала, что другие ее жертвы никуда не денутся, ибо коридор узкий и бежать им больше некуда. К тому времени священник и девка закрыли решетку, а падре при этом еще и пытался провернуть ключ в замке, запирая ее окончательно. Увидев такое, Аксир в бешенстве выругался на них еще крепче и все же смог подняться. Прихрамывая на раненую ногу, подошел к решетке и что есть мочи ударил слугу Эркалота по пальцам факелом, отчего тот взвыл и выронил связку ключей.
– Паршивые уроды! – взревел Макс в ярости. – Я до вас еще доберусь!
Но их разделяла решетка, и подобная угроза никого не напугала. Желтоглазая тварь между тем посчитала, что молитвы мясистого послушника ее раздражают, и набросилась на него, молотя когтистыми лапами-руками перед собой. Святые песни сменились руганью и вскриками. Парень пытался бороться с монстром, но его сил едва хватало на то, чтобы удерживать пасть подальше от своего горла.
Священник с девушкой уже скрылись в темноте, и Макс слышал их удаляющиеся шаги.
«Это конец?» – подумалось ему.
Захотелось истерично расхохотаться, и молодой человек не стал сдерживать свой порыв. Почему бы и нет? Что еще может он сделать в этой ситуации?
Но ответ пришел сам собой, и его подсказала память Кейт, изучавшая Черную книгу не один год. Кровь! В ней содержится магическая сила, хоть и в небольших количествах. Если воспользоваться ею, то, вполне вероятно, Аксир сможет сотворить несколько заклинаний. По крайней мере, он на это надеялся.
С этой целью Макс как можно быстрее, пусть и неуклюже, добрался к убитому послушнику и погрузил правую руку в его разорванный живот. Кровь остыть еще не успела, и молодой человек ощутил слабое дуновение
Сам не зная, что творит, Аксир запел одну из молитв, очень похожую на те, что пел до этого мясистый послушник. Их он нашел на задворках чужой памяти, и пусть Кейт не была особо набожной, но несколько святых песен все же знала. Это Максиму очень помогло.
С минуту Панин ощущал себя очень глупо и даже думал прекратить свои попытки, но вскоре заметил, что его слова имеют чудотворную силу. Желтоглазая тварь сначала отпрянула от послушника, а потом начала пугливо отступать в темноту. Видя успех, Аксир добавил нужные интонации и повысил голос, все еще чувствуя, как правая рука утопает в быстро остывающих внутренностях того бедолаги, которому повезло меньше остальных. Желтоглазый монстр огрызнулся рыком, но вскоре заскулил и, развернувшись, понесся прочь. Макс читал молитву еще с минуту, а потом замолчал.
– Ого!.. – выдохнул здоровяк, чудом оставшийся в живых. – У тебя лучше получается, нежели у меня. Кто ты? Как зовут?
– Не важно, – пробурчал Макс, которого колотила крупная дрожь. – Лучше помоги встать. Надо убираться отсюда, потому как чувствую я, что та тварь еще вернется…
– Значит, ты отгонишь ее снова! – заявил здоровяк с уверенностью наивного человека.
– Боюсь, что не смогу… – буркнул Аксир. Те крохи
Здоровяк как-то косо поглядел на спутника, когда тот помянул черта, но промолчал. Вместо этого спросил:
– А где падре? И девочка…
– Свалили. А ля гер ком а ля гер[5].
– Чего?.. – не понял послушник, вытаращив глаза.
– Забей.
– Что забить? У меня нет молота, как и железных спиц… – Глаза здоровяка стали еще больше. – О чем ты вообще?
Макс не ответил. Подошел к решетке, ухватился за прутья и начал толкать изо всех сил. Послушник присоединился чуть погодя, и дело стало продвигаться веселее. Все это время Панин был мысленно готов услышать утробное рычание за спиной, отчего напрягал мышцы изо всех сил. Но вместо этого спустя минуту услышал впереди какое-то невидимое движение, словно передвигалась сама темнота. Шикнув на верзилу, студент для пущего эффекта еще легонько толкнул его локтем под ребра и кивнул вперед.
– Ты видишь?.. – шепнул Макс, замерев. Впереди не было никакого освещения, и разобрать, что происходит в той части коридора, куда убежали падре и девочка, не представлялось никакой возможности.
– Может, они вернулись за нами?
– Прислушайся. Эти шаги… шаркающие и неторопливые… вряд ли они принадлежат нашим недавним спутникам.
– Но в катакомбах – только…
– Мертвецы? – предположил Макс, холодея.
Здоровяк рядом с ним громко сглотнул, вновь зашептав молитву, на этот раз беззвучно. Они попали в безвыходную ситуацию: коридор не имел ответвлений, идти можно было либо вперед, либо назад. И если сзади их ждала желтоглазая тварь, то…
– Эркалот милосердный!.. – выдохнул послушник, отступая на шаг. – Они… они ожили!
