А шакал уже приближался к поверженной тени Рипли. Рогатый скрючился на песке, теряя плотность. Из отсеченной конечности струйкой вытекал темный дым, заставляя рогатого слабеть еще больше.
Рой заливисто ржал, потирая руки в предвкушении зрелищной развязки. Он наверняка намеревался оторвать рогатому голову, хотя правилами это было запрещено. Но бой не останавливали. Никто не догадывался, что Лювак пойдет на убийство. Все его угрозы и поведение списывали на зрелищность.
Только мы с Рипли знали, что сейчас все кончится.
Для Рипли.
Шакал поставил свою лапищу на грудь рогатого, а Рипли повалился навзничь на песок арены. По трибунам прокатился ропот.
Меня злило, что сейчас о людей не шло сочувствие, а только огорчение из-за потерянных ставок! Как же, ведь Рипли — непобедимый! Рипли — любимчик! Все ставки на Рипли.
А сейчас он корчился на арене, прижатый тенью новичка!
Шакал наклонился, поднимая голову тени за рога.
Еще секунда и Рипли не станет. И никто Лювака не остановит. И у Рипли нет никаких сюрпризов в рукаве.
Это последние секунды….
— НЕ-Е-ЕТ!
Крик вырвался из меня вместе с моей белесой тенью.
Я не знала, что умею так быстро двигаться! Но как ветер я ворвалась в шакала, вскинула руки, чтобы взболтать урода побольше, и повернулась к ошалевшему Рою Люваку.
— Ты!
Не знаю, что мной двигало. Я не задумываясь шагнула к нему и меня всосало в тело Лювака.
Мир стал черно-белым. Никаких красок. Только его растерянная тень над приставшим рогатым.
Внутри собирался сгусток эмоций. Злости, досады, обиды…
Ведь я еще хотела бы пожить, но теперь мне не дадут. Хотела бы увидеть столицу, но теперь не получится. Хотела бы засыпать и просыпаться с Рипли, но…
Пусть хотя бы эти ночи будут у него. Я не могу смотреть, как его убивают. Мое сердце разорвется.
И оно разорвалось, выпуская меня сотнями лучиков из тела Роя Лювака.
Он не думал, что умирать так больно.
В него не раз вонзались когти и клыки монстров. Он не раз напарывался на лезвия на тренировках. Его пытались стереть десна ступорыла, но даже тогда не было настолько больно, что хотелось выть и побыстрее сдохнуть.
Он почувствовал прилив сил, только когда увидел ее. Анну.
Удивился. Разве он не сказал Дикому, чтобы тот забрал ее с собой? Ей здесь не место. Без него в Академии она не выживет. И пусть отпускать Анну с Диким все равно что подписывать себе смертный приговор, зато это даст ей шансы выжить.
А здесь, с ним, у нее шансов нет…
Анна не дала ему противоядие от порошка, а Лювак с ходу пошел с козырей, чем выиграл несколько первых минут боя и разметал своими вихрями слабые тени Рипли.
К последнему бою у него оставался только один помятый и местами покусанный боец. Но у Рипли было одно преимущество, которое выручало всегда. Его собственный дар, сдерживаемый одним большим арканом на спине.
Он просто выжидал, когда намерения Роя Лювака убить Рипли станут очевидными.
Отец сказал тянуть до последнего. Ректору и укротителю приказали не вмешиваться. Сегодня на трибунах присутствовал Король и представители всех кланов. Они должны увидеть, кто действительно готов на все, чтобы добраться до власти.
Вот Рипли и ждал.
Тень Лювака склонилась над его тенью, ухватила за рога, явно примериваясь зрелищно оторвать рогатому голову, когда раздался истошный крик Анны:
— НЕТ!
Рипли вздрогнул, но все планы полетели к черту, из-за стремительности белесого призрака.
Каким-то невероятным способом призрак Анны прошел через Тень Лювака, рассеяв ее еще больше взмахнутыми руками, а потом она пошла на Роя.
— Нет… — прошептал Рипли, вытягивая руку, мысленно требуя ее остановиться.
Что она делает, сумасшедшая? Она же подписывает себе смертный приговор!
Но ее неожиданно стало втягивать в тело Роя. Неожиданно, потому что она сама казалось удивлена была этим.
Рипли грязно выругался, стягивая с себя тунику и доставая клинок из ножен. Он видел как с места на трибуне вскочил отец.
Да-да, планы пошли под откос, а вот силы Рипли сейчас необходимы.
— Всем покинуть ментальный уровень! — заорал ведущий, десятикратно транслируемый эхом от гор.
Но Рипли больше не ждал. Жать было нечего. Если он не запугает всех магов, они не дадут Анне уйти. А она должна. Должна, черт побери!
Лезвие клинка вспороло кожу н спине, повредив татуировку. Его личный намордник, который набили сразу же, как он проявил дар поглотителя теней. Каждое утро он обязан был являться к тату-мастеру и поправлять линии, если они растянулись или поплыли.
Но сейчас, когда контур аркана был рассечен, Рипли стал втягивать в себя все доступные ментальные сущности. Все чужие теперь становились его. Кто не успел их убрать, лишились теней. Ими завладел он, Рипли, единственный поглотитель в этом королевстве.
Набравшись сил, он выпустил могучего рогатого на арену, дав ему в помощь с десяток теней помельче, но густо-черных, которые запросто могли поглотить здесь любого, дерзнувшего выйти в ментал, чтобы помешать Рипли.
Осталось только выудить из Лювака Анну и утащить ее подальше.
