Я и раньше подозревала, что за его холодностью и надменностью скрываются совсем другие эмоции, чувства. Что в нем огромное количество переживаний и страхов, хотя он никогда этого не признает. Он хочет, чтобы его перестали менять, чтобы приняли и любили. Жёсткого, иногда совершенно невыносимого, но настоящего. Я должна попробовать это сделать. Привыкнуть. Принять. Научиться. И научить его говорить. Пока это выходит очень тяжело, но вчерашнее откровение показало, что не все потеряно.
То, что я узнала. Как он поступил с Дашей. Это ужасно! Но я поняла и кое-что еще. Он просто не знал, что делать. Для него это тоже были первые серьезные отношения, несмотря на возраст. Женщины были, отношений нет. И в тот момент, когда он понял, что ничего не выйдет. Что Даша не сможет вынести его вместе с его характером, его желаниями и потребностями, он сделал невероятное усилие, чтобы ее отпустить. Но сделал это в своем духе, через боль.
Что сделать мне, чтобы такого не произошло вновь, но уже в наших отношениях? Принять и выучить его дурацкие правила. И просто любить. Дать ему то, в чем он так нуждается, но никогда не попросит: внимание и простую человеческую заботу. Завтраки по утрам, теплый ужин после работы, страстный секс ночью и разговоры о всякой ерунде. И никогда не давать ему скучать. Мне не нравится, когда гаснут и покрываются льдом его глаза. Мне становится страшно. Не хочу бояться, хочу просто любить.
Сделав для себя выводы и поставив в голове галочку, по возможности контролировать его общение с Дашей, быстро поцеловала спящего мужчину и отправилась в душ. Нужно быстрее смыть с себя вчерашний день и начать приводить в исполнение план по завоеванию ледяного сердца. Приготовить Максиму завтрак.
Постояв под струями теплой воды, вытерлась большим мягким полотенцем, улыбнулась своему отражению в зеркале и, накинув короткий халатик, отправилась на кухню. С тех пор, как я переехала, в его холодильнике и шкафах появились продукты, из которых можно приготовить что-то сложнее омлета или макарон без всего. Потому достала муку, молоко, яйца, замесила немного теста на блинчики и включила радио.
Пока жарила золотистые кружочки и смазывала их сливочным маслом, успела поболтать по телефону с мамой и сказать, что мы обязательно сегодня будем. Заварила свежий кофе, выставила все на поднос и отправилась в спальню, будить своего Зверя.
Вошла и увидела, что эта зараза уже с кем-то разговаривает по телефон. Заметив меня в распахнувшемся халате с подносом в руках, он бросил в трубку: «Перезвоню позже» и расплылся в довольной улыбке.
— Доброе утро, — поставила поднос на тумбу и присела рядом с ним на кровать.
— Еще какое, — в его глазах сияют огоньки.
Солнце из окна отражается, делая темные карие глаза янтарными. Засмотрелась.
— Что-то изменилось или мне кажется? — настороженно спросил Максим.
— Пока не знаю, — пожала плечами и провела пальцем по его губе.
Он тут же поймал его и пошло провел языком.
— Ма-а-акс, — смеюсь. — Щекотно! И вообще!
— Что?
В его рот попал уже следующий палец и стало не до смеха. Низ живота отозвался приятным теплом на ласки горячего языка.
— Завтрак стынет, — еле оторвав взгляд от того, что он вытворяет, дернула руку.
Мужчина отпустил. Поднялся выше на подушках и снова поморщился. Поставила перед ним поднос и строго сказала:
— Тебе нужно показаться врачу.
— Пройдет. Заслужил, — тоном, не терпящим возражений, ответил Максим и, довольно зажмурившись, проглотил первый блинчик. — Детка, я тебя обожаю, — в рот отправился второй румяный кружочек.
— Я рада, что тебе нравится.
Сегодня невероятно теплое утро. Так странно, если вспомнить, чем закончился вчерашний день.
Но я не буду об этом думать! Приняла ведь решение. Чего загоняться?
Забрала у него поднос и тут же попала в крепкие мужские объятия.
— Я кое-что задолжал тебе, — шепчет он и мягкими губами проходится по шее.
— Макс, у тебя нога болит, — напоминаю ему.
— Да что ты пристала к этой ноге? Пройдет! — шкодливо, как мальчишка, улыбается и щипает меня за попу, вызывая звонкий смех, разнесшийся по всей комнате. — Я же не ногой буду тебя… — и замолчал. Только в глазах смешинки.
— Ну и чего ты замолчал? Договаривай! — заявляю с вызовом.
— Трахать, детка! Тебе нравится это слово?
— Блин! Макс! — получает шутливый подзатыльник.
Он роняет меня на спину рядом, устраивается на боку и гладит по плоскому животу, распахнув халатик на всю. Внизу все сладко ноет, желая ощутить его в себе. Да, я уже успела соскучиться. Вчерашний секс можно вычеркнуть из памяти, его механический оргазм и полное отсутствие у меня. Нервы. Чертовы нервы!
Целует, ловя мой язык и нежно его лаская. Большой ладонью накрывает грудь слегка сжимает. Проводит ладонью по возбужденным соскам, заставляя прикусить губу. Ниже… Забирается под трусики и накрывает мою женственность, желающую его внимания.
