– От этого никому не уйти... – Взявшись за ворот ее ночной сорочки, он одним мощным рывком разорвал тонкую ткань. Сорочка упала с ее плеч. – Но не сейчас... – Его взгляд задержался на груди девушки. – Не сейчас... – Протянув руку, он провел ладонью по ее шелковистой коже, и Брианна почувствовала, как незнакомая дрожь охватывает ее с неумолимостью разгорающегося пламени. – Может быть, разум твой и протестует против нашего брака, жена, – хрипловато проговорил он, – но тело твое уже смирилось. Посмотри, что с тобой творится, едва я прикасаюсь к тебе... – Брианна упрямо отказывалась опускать взгляд, однако, как только он захватил кончик ее соска большим и указательным пальцами, она ощутила, что нежная плоть напрягается, становясь тверже речной гальки.
Голова ее кружилась, ноги подкашивались...
– Если вы прикоснетесь ко мне, я возненавижу вас!
– Это меня ничуть не удивляет. – Он снова медленно провел ладонью по ее груди, затем все ниже и ниже. – Но дело в том, моя прелестная жена-саксонка, что если я не прикоснусь к тебе, то возненавижу самого себя.
Не думая, что делает, Брианна ударила его по щеке.
Он не дрогнул, но она заметила, как глаза его потемнели от гнева.
– Это мне следует побить тебя.
– Я предпочитаю быть избитой, чем изнасилованной.
– Может, я сделаю и то, и другое... – Он задумчиво потер щетину на подбородке. – Сначала побью тебя. А затем изнасилую... Ты действительно хороша, жена, – пробормотал он, удовлетворенно кивнув. – Не забыть бы утром поблагодарить Вильгельма.
Черпая силы в своей ярости, Брианна думала в эту минуту о кинжале, спрятанном в изголовье ее постели.
– Если я поцелую тебя, ты снова укусишь меня? – неестественно ровным голосом поинтересовался он.
– Я плюну вам в лицо. Он устало вздохнул.
– Этого-то я и боялся. – Взяв ночную сорочку Брианны, он оторвал от нее длинную узкую ленту.
– Вы собираетесь связать меня? – Забыв, что она обнажена, Брианна поднялась на ноги с достоинством высокородной леди.
Он быстро накинул ткань на голову Брианны, затыкая ей рот.
– Господь свидетель, мне жаль, что я не могу поцеловать твои полные губы... Ну, может быть, потом. – Он улыбнулся, отрывая еще одну полоску ткани. – Позже, когда я как следует приручу тебя...
Он громко расхохотался своим мыслям, подхватил Брианну на руки, перенес на постель и бросил на перину.
