– Как сказала бы жена Эрика, Гвинет, он настоящий свинтус и заслуживает хорошего пинка.
Эверил вскинула подбородок и рассмеялась. Ее лицо посветлело.
– Мне нравится эта Гвинет.
– Вот так-то лучше, милая. – Кайрен потянулся к ее руке, и когда Эверил позволила ему дотронуться до ее ладони, он слегка сжал ее пальцы и поднес к губам для целомудренного поцелуя.
– Спасибо, – тихо шепнула она.
В кустах послышался шорох. Кайрен резко обернулся и увидел Дрейка. Его прищуренный взгляд прошелся по распущенным волосам Эверил, затем споткнулся об их сцепленные руки. Лицо Дрейка исказилось от ярости. К счастью, Эверил сидела к нему спиной. Кайрен сделал вид, что не замечает своего приятеля, надеясь, что у того хватит ума не высовываться.
Разъединив руки, он положил ладонь себе на живот и заботливо погладил его.
– Боюсь, что я на грани голодного обморока.
– С удовольствием позабочусь о вас, – сказала Эверил, поднимаясь.
– Вы меня чрезвычайно обяжете. Я скоро последую за вами.
После того как она исчезла среди деревьев, Кайрен повернулся к кустам.
– Она ушла. Можешь выходить.
Дрейк выбрался на опушку и, схватив приятеля за грудки, поднял его на ноги.
– Как ты смеешь приставать к моей жене? Она тебе не какая-то незамужняя девчонка, которой можно заморочить голову и бездумно уложить в постель…
Кайрен не спешил с ответом.
– Успокойся. Она твоя, и я никогда этого не оспаривал. Но если ее нельзя уложить в постель бездумно, то почему ты считаешь, что это можно проделать с ненавистью в душе?
Дрейк нахмурился.
– Подумай об этом, – посоветовал Кайрен и зашагал к хижине.
– На прошлой неделе я получил известие от Гилфорда, – сообщил Кайрен, когда они сидели за незатейливым ужином из тушеной рыбы с луком.
Дрейк промолчал, только бросил на приятеля короткий взгляд. Его настроение, становившееся с каждой минутой все более угрюмым, озадачивало Эверил.
– У Эрика сложились неплохие отношения с новым королем. Генрих высоко ценит его воинское искусство, – заметил Кайрен.
– Ничего удивительного, – уронил Дрейк.
– Да, – согласился Кайрен. – К тому же Эрик – отличный дипломат. Король нашел применение и этому его таланту, направив Эрика на переговоры с теми из сторонников Йорков, кто еще готов сражаться за трон.
Дрейк только кивнул в ответ.
– Кстати, Гвинет так хочет ребенка, что чуть не довела его до помешательства.
Эверил почувствовала, как взгляд Дрейка обжег ее губы, грудь и живот.
– У них будут хорошие дети.
– Да, но беда в том, что Гвинет так не терпится зачать, что она просто замучила Эрика своими домогательствами.
Наконец-то Кайрену удалось заинтересовать Дрейка. – И он что, жалуется?
– Говорит, что устает, поскольку король загружает его делами, – ответил Кайрен, – но я бы не сказал, что он недоволен. А как вы? Подумываете о потомстве?
– Нет! – воскликнула Эверил.
– Это невозможно, – одновременно с ней отозвался Дрейк.
В комнате повисла напряженная тишина.
– Но скоро это изменится, – заключил Торнтон.
Его самодовольная уверенность и нежелание считаться с ее чувствами взбесили девушку, вложив в ее отрицание излишний пыл:
– Никогда! – Оттолкнув свою тарелку, Эверил поднялась из-за стола. – Прошу прощения, – вымолвила она, обращаясь к Кайрену, и направилась к двери.
В душе у нее было пусто. Она нужна Дрейку только для утоления похоти, но его сердце молчит. И хотя в этом не было ничего нового, очередное напоминание причинило ей боль.
Не успела она сделать и пару шагов, как Дрейк вскочил со стула и схватил ее за руку.
– Мы еще не закончили с ужином.
– Я закончила. – Эверил надеялась, что он понимает – речь идет не только о еде.
Последовала напряженная пауза. Внезапно Торнтон обнял ее за талию и притянул к своей груди. Его страстное нетерпение передалось Эверил. Часть ее существа жаждала прильнуть к нему и принять это неожиданное проявление нежности как подарок. Но в ее сердце царила пустота. Ничто не изменится, если она уступит ему. Дрейк хочет иметь ее под рукой, чтобы утолять чувственный голод, ничего не давая взамен. И если она допустит это, он разобьет ей сердце – если уже не разбил.
– Отпусти меня, – прошептала Эверил, надеясь, что он не видит слезы, выступившие у нее на глазах.
Тело Дрейка стало жестким и чужим. Чуть помедлив, он отступил на шаг.
– Ты не можешь вечно убегать.
Эверил рывком отворила дверь.
– А мне и не придется. Скоро ты сам отошлешь меня.
Она с грохотом захлопнула дверь. Нужно выбросить Дрейка из сердца или признать, что худшее уже произошло: она влюбилась. Дрейк некоторое время молча смотрел на дверь. Недоверие, потрясение, гнев сражались в его душе. Выругавшись, он запустил пятерню в волосы. Неужели она больше не любит его? Да и любила ли когда-нибудь? А может, ее переменчивое сердце уже обратилось к Кайрену?
Торнтон повернулся. Отказ Эверил так его расстроил, что он совсем забыл о молчаливом свидетеле разыгравшейся сцены. Судя по выражению лица Кайрена, тот не пропустил ни единого слова из его перепалки с непокорной женой.
– Похоже, дружище, ты здорово привязался к своей похищенной супруге, – медленно произнес гость.
