Музыканты энергично начали исполнять песню Чака Берри «Хей, хей, рок-н-ролл», и если Джек и подпевал, то его слова потонули в оглушительных аккордах электрогитар и глухом, но яростном ритме, который задавал барабанщик. В розовых рубашках и зауженных черных брюках, музыканты, казалось, попали в зал прямо из пятидесятых.
Сначала Эми подумала, что музыка звучит слишком громко, но потом, когда с облегчением поняла, что больше не услышит путаных рассуждений Джека, решила, что все в порядке. Ее более энергичные однокашники уже танцевали, а она с удовольствием наблюдала за ними. И, как это случалось часто, настоящее затуманилось перед ее глазами, теперь она была не просто на вечеринке: она видела танцы глазами девочки-подростка.
Ее покойный муж Стив чудесно танцевал, и мысли о нем всколыхнули в ее душе чувство неописуемой тоски. Не желая присоединяться к танцующим, Эми отвернулась от них в попытке разбить обруч печали, сдавливающий ее сердце. Она думала, что будет танцевать с Гордоном, но ей и в голову не приходило, что бурные такты мелодий пятидесятых так сильно напомнят ей о прошедшей любви. Теперь она не была уверена, что вообще захочет танцевать.
Супруги Беттс присоединились к танцующим, остальные по-прежнему сидели за столом и смотрели. Помощники официантов собирали посуду, гости почувствовали себя свободнее, и вскоре зал заполнился оживленными возгласами и смехом. Вечеринка удалась: старые приятели подходили к бару, заказывали выпивку и поднимали тост за здоровье друг друга.
Гордон подождал, пока Эми закончит десерт.
– Вы не забыли о фотографиях?
– Да, конечно.
Стоило ей встать со стула, как Джек протянул руку и схватил ее за запястье. Она отпрянула, но Джек не отпустил ее.
– Ты должна танцевать со мной, – заявил он.
– Позже, – обещала Эми, и наконец, вырвавшись на свободу, ухватилась за руку Гордона.
Когда они шли к Кейту Бомгарнеру, Гордон наклонился, чтобы она смогла его расслышать.
– Вам не обязательно танцевать с кем-нибудь, кроме меня, если вы этого не хотите. Не давайте Джеку запугать себя и не танцуйте с ним. Я уверен, что эти три-четыре минуты вашей жизни вы сможете потратить на более приятные вещи.
В уголке Кейта образовалась очередь, и, когда они встали в ее конец, Эми ответила Гордону:
– Вы абсолютно правы. Я так привыкла угождать клиентам в банке, что совсем позабыла, что Джек один из тех людей, с которыми я больше никогда не встречусь. Интересно, где он провел все это время.
– Скорее всего, в баре.
– Я об этом не подумала. Мне действительно очень жаль его жену. Ведь было видно, что она чувствовала себя совершенно несчастной, когда вечер начался, и мне страшно неприятно думать, что она ревновала меня к мужу, в то время как я его с трудом переношу.
– А я и не знал, что вы симпатизируете ему до такой степени.
Гордон так очаровательно шутил, что Эми с легкостью улыбнулась в ответ. Музыканты заиграли «Земного ангела», и множество пар устремилось на площадку. После обеда в зале притушили свет, и обстановка приобрела романтический оттенок.
«Думай только о сегодняшнем вечере, – приказала себе Эми. – Просто будь с Гордоном, и пусть прошлое остается в прошлом».
Когда подошел их черед, они встали напротив аппарата, и, когда Гордон положил руки на талию Эми, она почувствовала необычную легкость. Их поза вышла очень естественной и красивой.
– Скажите «Пекинес», – обратился к ним Кейт, вызывая на их лицах улыбку. – Подумайте, не захотите ли вы сделать из этих фотографий рождественские открытки, – предложил он затем, протягивая квитанции. – Тогда вам не придется беспокоиться и делать снимки в ноябре.
– Спасибо, – ответила Эми, но слегка покраснела, когда они отошли прочь.
Она знала, что они с Гордоном очень красивая пара, но то, что об этом сказал Кейт, привело ее в смятение.
– Пойдемте на минутку во двор, – предложил Гордон.
Музыка была достаточно громкой, чтобы они могли танцевать возле бассейна, но Гордон просто взял Эми за руку, когда они достигли темного уголка.
– Я совсем не ходил на танцы, когда учился в «Кортес», но держу пари, что вы не пропустили ни одного вечера, права ведь?
– Думаю, что пропустила один на первом курсе, остальные без меня не обходились. Но только выпускной бал был по-настоящему хорош. А так вечеринки проводились в спортивном зале. И хотя его и украшали милями гофрированной бумаги, в помещении всегда стоял запах грязных потных носков.
Гордон рассмеялся вместе с ней:
– Я не думал об этом. Просто мне представлялось, как вы танцуете с очередным ухажером, а как я помню, их у вас было не мало.
– Но зато не одновременно.
– Но я никогда не был одним из них. Гордон развернул ее к себе лицом, и Эми поняла, что он сейчас поцелует ее. Они находились в романтическом уголке прелестным звездным вечером, но в самую последнюю секунду она отвернулась.
– Простите, я не хочу вас разочаровывать, но… Голос Гордона был тихим, манящим, как в тот вечер, когда они говорили по телефону.