В стране Болтунов все, даже птицы и звери, отличались удивительной болтливостью. Они тараторили без умолку целыми днями напролёт и не замолкали даже во сне. По ночам, лёжа с закрытыми глазами в своих кроватках, гнёздах и норках, они рассказывали то, о чём не успели рассказать днём. В этой говорливой стране даже бессловесные рыбы булькали и пускали пузыри намного громче, чем их сородичи в других краях. Сама волшебница Стелла ничего не могла с этим поделать и давно смирилась с утомительной болтливостью своих подданных.
Птичка чирикала громко, рыжий Пырл услышал её голос и рявкнул:
– Что-то вы там, в клетке больно разговорчивыми стали! Никак опять побег замышляете!
Птичка хотела что-то сказать в ответ, но Шеприк вовремя зажал ей клюв, а Атти едва слышно зашептал:
– Пожалуйста, помолчите! Если вы будете так чирикать, вы нас всех погубите! Мы попали в плен к ужасным Людоедам, и они собираются нас съесть! Мы хотели вас попросить, чтобы вы рассказали о нашей беде волшебнице Стелле! Только она может нас спасти. Извините!
Шеприк освободил птичкин клюв и тоже сказал:
– Извините.
Птичка сразу же возмущённо заголосила:
– Какое неслыханное безобразие! Какая потрясающая наглость! Я просто не нахожу слов от возмущения! Как вы посмели зажать мне клюв? По вашей милости я вынуждена была молчать целых три минуты! Чудовищно! Никогда ещё со мной не обращались столь бесцеремонно и грубо!.. И вообще вы всё выдумываете! Каждому в Волшебной стране известно, что никаких Людоедов давно нет. Стыдно обманывать!
– А вы посмотрите на них сами, – предложил Трой. – Вон они сидят.
– Ещё чего! – сказала птичка. – Так я вам и поверила, грубияны! Обмануть меня решили, посмеяться хотите? Мне уже смешно! Ха-ха-ха!
Однако любопытство оказалось сильнее, и птичка всё-таки выпорхнула из клетки. Она покружилась над засыпающими Людоедами, внимательно рассмотрела их и даже осмелилась сесть Тырлу на плечо. Потом она вернулась в клетку и затараторила пуще прежнего:
– Я глазам своим не верю! Невероятно, невозможно, непостижимо и кошмарно! Подумать только – настоящие Людоеды! Живые, страшные, бородатые! А вы видели, какие у них клыки! А животы-то, животы! Словно бочки! Ну и ну!
Она тараторила бы ещё очень долго, но Шеприк протянул руку к её клюву, и птичка сразу замолчала. Правда, молчание давалось ей с большим трудом, и, чтобы не мучиться, она молча открывала и закрывала клюв.
– Теперь-то вы верите нам? – спросил Атти. – Теперь-то вы нам поможете? Мы вас очень просим! Мы вас умоляем! Пожалуйста!
Птичка поняла, что невыносимое молчание можно нарушить, и тут же вскричала с нескрываемым облегчением:
– Ну, разумеется, я вас помогу! Неужели вы могли подумать, что я откажусь? Как вам только в голову такое могло прийти! Я просто обязана выручить вас из беды! Это мой долг! Только вы не шумите и вообще постарайтесь говорить потише! Главное, чтобы Людоеды не услышали нас и не проснулись!
И её болтовня, конечно же, разбудила Пырла.
– Прикусите свои языки! – грозно зарычал Людоед. – Или я заткну вам рты рыбьими хвостами! Отличная мысль, ба-гар-ра! Клянусь Тырловым животом, я именно так и поступлю! Почему вы ещё не спите? Кто там у вас расчирикался?
Пленники испуганно замерли, а птичка засунула свой клюв в щель между брёвнами, чтобы он случайно не раскрылся и не выдал её.
Всех выручил Шеприк.
– Комары! – пропищал он. – Кусаются!
– Да-да! – подхватил Атти. – Нас комары закусали! Они скоро всю кровь из нас высосут!
– Жаль, что я не комар, – проворчал Тырл. Он тоже проснулся. – Я бы тоже от вашей крови не отказался... Цыц! Молчите! Вы мешаете нам спать! Мне приснился такой кусок мяса!!! Из-за вашей болтовни я не успел его съесть!
И он поскорее закрыл глаза, надеясь, что вкусный сон ещё не совсем кончился. Пырл тоже закрыл глаза, потому что ему тоже захотелось увидеть мясо и, может быть, даже отобрать его во сне у братца Тырла.
Атти торопливо зашептал:
– Скорее летите к волшебнице Стелле и расскажите ей, что Людоеды схватили и посадили в клетку двух Жевунов и одного Молчуна. Людоедов зовут Тырл и Пырл. И ещё у них есть мамаша. Они все живут в горах. Передайте волшебнице, что если она нас не выручит из плена, опасность будет грозить не только нам, но и Страшиле Мудрому и Железному Дровосеку.
– Какой ужас! – вздрогнула птичка. – Какой кошмар!
– Поторопитесь, пожалуйста! У нас вся надежда только на ваши крылья!
– Уже лечу! Спешу! Тороплюсь! Можете на меня положиться!
Птичка выпорхнула из клетки и устремилась к берегу. На лету она без остановки тараторила:
– Вот так дела творятся на белом свете! Не думала я не гадала, что от меня будет зависеть судьба всей Волшебной страны! Чик-чирик! Мои подруги онемеют от удивления, когда я расскажу им эту историю! А волшебница Стелла непременно прикажет наградить меня, можете быть уверены! Она хоть и невероятная молчунья, но очень добра... Нет, вы только подумайте – настоящие, взаправдашние Людоеды! Даже пёрышки седеют от ужаса!..
Не умолкая ни на минуту, птичка скрылась в ночном мраке.
