– Я разорву их на мелкие кусочки! – вопила разъярённая Людоедиха. – Я их всех съем, я их всех загрызу, я у них все косточки обгложу! Вся Волшебная страна трижды содрогнётся от ужаса! Кто посмел поднять руку на моего любимого Шнорлика? Ну, доберусь я до кого-то! Ну, поплачет у меня кто-то горькими слезами! Ну, захрустят у меня на зубах чьи-то ручки-ножки! Ба-гар-ром и ба-гар-рым! Клянусь моей прабабкой, не будь так поздно, я сейчас же вытрясла бы души из этих сладкий Жевунчиков! Но так и быть – сначала мы хорошенько отдохнём, а уж завтра я за них возьмусь! Ой, возьмусь! Скорее бы утро, ба-гар-ракс!
Слушая вопли Людоедихи, бедные пленники трепетали от страха. Крышка вдруг приподнялась, и в сундук заглянул довольный и сытый Тырл. Он сначала на всякий случай пересчитал пленников, а потом вывалил в сундук большую гору объедков.
– Подкрепитесь, негодники. Вы что-то очень уж исхудали. Даже есть нечего. Одни кости, честное слово.
Он показал толстым пальцем на Шеприка и засмеялся:
– А тебя, желток, буду есть я! Мне мама разрешила. Ты этому рад? Я тоже. Ха-ха-ха!
Продолжая хохотать, Людоед захлопнул крышку и ушёл.
Не стоит и повторять, что пленники были зверски голодны, ведь за всё время путешествия на плоту у них во рту не было ни крошки. Однако людоедские объедки выглядели не слишком аппетитно, и все решили про себя, что ни за что к ним не притронутся. Но руки сами собой потянулись к еде, и вскоре друзья уже вовсю работали челюстями. Через десять минут гора объедков уменьшилась почти на половину.
Утолив голод, Атти расстегнул кафтанчик, прислонился к стенке сундука и замечтался:
– Эх, были бы у нас серебряные башмачки Гингемы! Нас тогда ни один Людоед не посмел бы тронуть. А у противной Ганзарры от злости повыпадали бы все клыки.
– Да, серебряные башмачки – это здорово! – согласился Трой. – А Золотая шапка Бастинды ещё лучше!
– Верно! – воскликнул Атти. – Вызвали бы мы сюда Летучих Обезьян, они живо расправились бы с Людоедами. Вот была бы потеха! Обезьяны никого не боятся. Они даже Гудвина победили.
Шеприк тоже решил принять участие в разговоре.
– Волшебная книга, – сказал он.
Атти кивнул с такой радостью, словно книга Виллины уже лежала перед ним:
– Волшебная книга подсказала бы нам, как спастись из плена! Бамбара, чуфара! Да-а... Или, на худой конец, был бы у нас серебряный свисток Рамины.
– Или хотя бы наши топоры, – сказал Трой.
– Или нож, – вздохнул Шеприк.
– Но у нас нет ничего, – печально закончил Атти.
Пленники, приуныв, замолчали. Сколько ни мечтай о добром и могучем волшебстве, без чужой помощи из сундука всё равно не выберешься
Людоеды до отвала наелись и завалились спать. Их могучий храп был слышен даже внутри плотно закрытого сундука.
– Вон как храпят! – злился Атти. – А я заснуть совсем не могу. И не хочу! Проснёшься утром, а тебя уже жарят!
– Засова нет, – сказал вдруг Шеприк.
– Где? – спросил Трой.
Шеприк показал вверх, на крышку сундука. В темноте едва заметно мелькнула его бледная ладошка.
– С чего ты взял?
Шеприк показал на свои уши. И действительно, Трой тоже припомнил, что когда Тырл открывал и закрывал крышку сундука, не было слышно звяканья засова. Но ни он, ни Атти не обратили на это внимания. А Шеприк обратил.
– Точно, – согласился Атти. – Нет засова. Ну и что?
Шеприк выразительно постучал себя пальцем по лбу: мол, подумай хорошенько.
Атти подумал, потом вздохнул:
– Нам крышку всё равно не поднять. Она высоко и тяжёлая.
– Можно попробовать, – предложил Трой. Он вытянул руку и даже привстал на цыпочки, но до крышки не дотянулся. Слишком высоко.
– Вот и попробовали, – горько сказал Атти. – Только зря обрадовался.
– Не так, – вмешался Шеприк. Он похлопал себя по плечу.
Трой сразу его понял:
– Правильно, Шеприк! Ловко сообразил! Вы встанете рядом, а я заберусь вам не плечи. Я самый сильный.
– Ты самый тяжёлый, – возразил Атти. – Ты мне плечи отдавишь. Лучше я заберусь.
– Ты не сможешь поднять крышку.
– А это мы ещё посмотрим. Во мне от страха знаешь сколько силы накопилось! Я сейчас любую крышку в два счёта открою!
Шеприк и Трой встали спина к спине. Атти вскарабкался им на плечи, устроился понадёжнее, упёрся в крышку руками и головой и нажал изо всех сил.
Крышка не поднималась. Атти попробовал ещё раз, но ничего не изменилось.
– Слезай, – потребовал Трой. – Я же говорил, что у тебя не получится.
– Ещё немного, – попросил Атти. – Ну ещё чуть-чуть. По-моему, она уже поднимается.
– Нет, – сказал Трой. – Тебе показалось.
Но крышка вдруг и в самом деле дрогнула и с лёгким скрипом стала приподниматься. Атти едва не закричал во весь голос, но вовремя опомнился и зашептал:
– Получается, братцы! Ура! Получается! Мы открываем её! Поднажмите, мне одному тяжело!
Друзья поднажали. Трой с Шеприком толкали вверх Атти, а тот плечами упирался в крышку. Вот она поднялась ещё выше, и в образовавшуюся щель заструился багровый свет от людоедского очага.
