Бэкси посмотрела на Веридора, как на последнего идиота, но все-таки послушно вышла. После того, как створки шлюза с хлюпаньем сомкнулись, Веридор Мерк, быстрыми и точными движениями оправил на себе мундир, застегнул верхнюю пуговицу и подал знак Нэксу. Когда Нэкс жестом показал ему, что Серж Ладин находится на прямой связи, он расставив пошире ноги, набычился, сжал покрепче кулаки, набрал полную грудь воздуха и заорал, что было сил.
Он орал так, как не орет ни один сержант космодесанта перед строем новобранцев и изрыгал при этом такие проклятья, что, пожалуй, ему позавидовал бы сам боцман Гонзер. Мат, который Веридор Мерк обрушил на электронные уши бедняги Сержа, был такой густоты и насыщенности, что им можно было сшибать кометы и раскалывать пополам луны. По виртуозности построения он ничем не уступал самому смелому архитектурному дизайну, а по количеству сравнений, эпитетов и прилагательных, мог бы смело поспорить с самыми лучшими и полными словарями идиом.
Бедняга Нэкс, аж присел, зажмурился и зажал уши руками, а Веридор продолжал неистовать. Он грозился превратить Сержа в вонючие, ползающие лишайники, оторвать от его боевой машины все внешние подвески и вставить их кое-куда, грозился выбросить его кристалломозг в чан с дерьмом и держать его там до тех пор, пока тот не вспомнит, что он солдат, а не желторотый слюнтяй, прячущийся под юбку младшей сестры накануне тяжелейших испытаний.
Он обвинил Сержа в том, что тот облажался при штурме Голубого планетоида, как самый последний идиот, обвинил его во всех тяжких преступлениях, которые только может совершить новобранец на флоте и приравнял его к самому тупому и неуклюжему интенданту из наземных служб обеспечения, который даже пачку галет не может украсть без того, чтобы его не поймал за руку дежурный по части. Веридор сравнил его так же с несколькими дюжинами самых трусливых существ и самыми жуткими паразитами, питающимися такими немыслимыми вещами, о которых и думать противно.
Он топал ногами, свистел, улюлюкал, показывал самые непристойные жесты, способные привести в ярость даже каменное изваяние, да и вообще выказывал Сержу всяческое презрение и в, конце концов, понизив тон чуть ли не до шепота, язвительно и требовательно прошипел:
– Космос-адмирал Кайор Клиот, я приказываю вам немедленно предстать передо мной в теле этого андроида и если этого не произойдет, то вы будете вечным позором всего славного военно-космического флота планеты Новая Атлантида! Это говорю вам я, Звездный Князь Веридор Антальский.
К величайшему удивлению Нэкса, андроид, стоящий возле шлюза, вытянулся в струну и, щелкнув каблуками космобутцев, бодро гаркнул густым басом:
– Ваше сиятельство! Космос-адмирал Кайор Клиот явился по вашем приказу и готов к дальнейшему прохождению службы в Звездном Княжестве Малый Горный Антал!
– Вольно, космос-адмирал, вам негоже стоять навытяжку перед рядовым космодесантником. Серж, я рад слышать тебя и очень надеюсь, что уже очень скоро ты явишься к нам во плоти и я, наконец, смогу обнять тебя, как Эда Бартона и Натали. А пока что парень, добро пожаловать на борт "Молнии" таким, каков ты есть. Ну, мои жестяные друзья, теперь у вас есть еще один партнер по имени Кайор.
Не сумев сдержать чувств, Веридор Мерк подлетел к андротелу Кайора и так крепко обнял его, что внутри розовощекого, пластикового молодца, явственно захрустел каркас, изготовленный Нэксом из прочнейшего кристаллита. У этой модели андротел, в отличии от стандартной продукции, которую кустарно штамповали а-люди, внешний вид был почти не отличимый от человеческого, а мимика была просто ошеломляющая. Кайор болезненно сморщил физиономию и с натужным кряхтением ответил:
– Шкипер, ты бы того, полегче. Так ведь недолго и хребет сломать.
Бэкси, которая потихоньку вошла в навигационную рубку, притаилась за широкой спинкой кресла главного канонира и смотрела на эту сценку с выражением облегчения и тихой радости, прижала руку к щеке и только покачивала головой. Хотя это была всего лишь кукла, манекен изготовленный из композитов, Веридору Мерку отчего-то показалось, что в её глазах блестели слезы. Подтащив Кайора к его младшей сестренке, он обнял её одной рукой и заставил придвинуться к брату, говоря хрипловатым и срывающимся от волнения голосом:
– Да обнимитесь вы, черти жестяные, ведь вы же брат и сестра, роднее вас друг у друга никого нет!
Нэкс поглядывал на всех троих насмешливо и высокомерно. Его ухмыляющаяся физиономия, видимо, и явилась тем самым фактором, который заставил Бэкси порывисто обхватить Кайора руками за талию и прижаться головой к его широкой выпуклой груди. Кай стал поглаживать её по плечам совершенно по-человечески. Голос Бэкси дрожал, когда она, всхлипывая, сказала:
– Кай, братик мой, как же я скучала без тебя все эти годы.
