Поздняя осень. Вокзал. Поезд. Старые друзья ждут на перроне. Знакомые улицы рождают воспоминания о прошлой зиме и той, которая была с ним тогда. «Она точно здесь. Мне нужно ее найти» – он тут же бросается в погоню за … тем ощущением счастья, которое испытал рядом с ней. Сможет ли он исправить ошибки прошлого и найдет ли ее?
ОСЕНЬ
Главный вокзал города. Поезд издавал протяжные гудки, извещая о скорой остановке.
Андрей сидел, уткнувшись в стекло, покрытое с той стороны мелкими каплями дождя. В его карих глазах, которые останавливались на каждой брюнетке, стоявшей на платформе, читалась тоска, как у поэта, недавно осознавшего ненужность его стихов.
– Ты чего грустишь? – спросила Вика, худая блондинка. Она сидела напротив и улыбалась. – Грустно возвращаться?
– Да нет, – выдохнул Андрей. – Просто это глупо.
– Почему?
– Моя мама никогда не была в Москве. Лучше бы мы ее туда позвали, а не сами вернулись.
– А по-моему, весело. Мне интересно увидеть твой родной город.
Поезд дернулся и остановился.
– Кажется, приехали, – проговорила Вика.
– Кажется… – Он все еще смотрел в окно с надеждой кого-то увидеть.
– Друзей выглядываешь? – спросила она.
– А-а… Ну да, друзей.
Спрыгнув с вагона, он сначала снял два чемодана на колесиках, а потом помог спуститься Вике.
Родной город встретил его мерзкой погодой: дождь смешался со снегом, а холод, погоняемый ветром, колол лицо.
Колесики их чемоданов закрутились по бетону платформы, то и дело попадая в небольшие лужи. Люди на перроне кричали от радости и обнимались, кто-то плакал, а некоторые уже даже закусывали.
Колесики остановились в луже. Андрей смотрел на веселые лица друзей. Полный Паша, кажется, еще больше округлился и чуть уменьшился в росте. А его жена Алина, которую Андрей всегда называл несостоявшимся завхозом (она везде совала нос), кажется, похудела, отчего черты ее лица приобрели угловатую форму.
Андрей обнял Пашу, чмокнул Алину, представил им Вику.
– Как Москва? – спросил Паша.
– Да ничего, – ответил Андрей.
Его взгляд бродил по вокзалу. Он все высматривал кого-то. Того, кто не пришел.
– Ну и каково это – вернуться? – поинтересовался Паша.
– Ну началось… – проворчала Алина. – На улице холодрыга, а он начал свои вопросы.
– А что такого?
– Ну, не вернуться, а приехать в гости, – ответил Андрей. – Не знаю, пока странные чувства.
И маленькие колесики снова продолжили свой нелегкий путь: сначала по перрону, затем по старым ступенькам; они заехали в помещение нового вокзала, а потом им дали отдохнуть в уютном багажнике синей машины.
Алина была за рулем, Паша рядом, а приезжие расположились сзади.
– А почему не на самолете? – спросил Паша.
– Так Андрей боится летать, – ответила Вика.
– Серьезно? – Паша посмотрел на Андрея, и он тому подмигнул.
– Поэтому мы решили поездом. Да, долго, но мне очень интересно посмотреть на город, который сделал этого человека. У вас тут все стихи читают?
– Ага. Особенно этот, – вставила Алина, махнув на Пашу.
– А вот Андрей знает много стихов, этим меня и покорил.
Паша вновь посмотрел на Андрея, тот пожал плечами.
– Так куда ехать? – спросила Алина, взяв телефон.
– Новобережная тридцать пять, квартира сто одиннадцать, – ответила Вика.
В машине возникла неловкая тишина, как будто Вика случайно сматерилась на общем сборе родственников.
– А не там случайно жила Ан… – начала было Алина.
– Антон. Там жил Антон, – перебил ее Паша.
– Антон? – переспросила Вика.
– Да, – ответил Андрей, – мой лучший друг.
– Вот совпадение! – воскликнула Вика. – Может, я квартиру сняла у его матери? Елунина.
– Нет, – задумчиво ответил Андрей.
«Маршрут построен. До прибытия на место осталось сорок минут», – оповестил телефон.
– Почему именно этот адрес? – спросил у Вики Андрей.
– Не знаю. На две недели просто сдавали, цена была самая низкая, – ответила Вика.
– Очень странное совпадение, – заметил Андрей.
– А что, хороший друг? – поинтересовалась Вика.
– Лучший. Он пропал, словно его никогда и не было.
– В каком смысле?
– В прямом. Пропал, будто бы она… – Андрей запнулся. – …он был обычным сном.
– Человек не может просто так пропасть, его всегда можно найти. Соцсети и все такое.
– Может, если захочет вычеркнуть тебя из своей жизни, – ответил Андрей. – «Повремени, певец разлук! Мы скоро разойдемся сами. Не разнимай сплетенный рук. Не разлучай уста с устами»1. Стихи оказались пророческими, разве нет?
– «Уста с устами»?.. Антон – это мужское имя. Вы что, были геями? – удивилась Вика.
Паша хотел ради шутки вставить фразу: «Еще какими!» – но почему-то только глупо улыбнулся.
– Не стоит воспринимать все буквально. – Настроение Андрея явно испортилось. – «Людей неинтересных в мире нет. Их судьбы – как истории планет. У каждой все особое, свое»2.
Паша с Алиной переглянулись.
Вскоре маленькие колесики снова оказались в луже, а потом и в лифте; прокрутившись несколько раз по подъезду, они очутились в однокомнатной квартире с балконом, с которого открывался роскошный вид на город.
У Андрея перехватило дыхание. Все в этой квартире осталось точно таким же, как и было. Диван, стол, стулья, кухня – ничего не изменилось, только вместо ярко-желтых штор сейчас висели темно-синие.
Он закрыл глаза, и в голове всплыло воспоминание. Тогда он тоже смотрел в это окно на снег и звучала песня:
То были капли дождевые,
Летящие из света в тень.
По воле случая впервые
Мы встретились в ненастный день3.
