– В таком случае осуществлять защиту прав и интересов ребенка будут органы опеки. Они же должны будут принять меры по его дальнейшему устройству.
– Что это значит? – переспросила Ксюша.
– Мальчика переведут в приют, если не появятся желающие взять над ним опекунство или усыновить его, – уточнил молодой человек.
Вера подхватила Павлика на руки и унесла в комнату, предоставив Ксюше возможность уладить оставшиеся формальности.
Малыш был совсем обессилен от пережитого потрясения. Безвольной куклой он лёг на кровать, уткнувшись в подушку и тихо всхлипывая. Вера не могла подобрать слов, способных утешить Павлика. Она просто поглаживала его по голове, повторяя как мантру: «Не плачь, родной… Всё будет хорошо… Всё будет хорошо…»
Уставший от безутешных рыданий, Павлик уснул на промокшей от слёз подушке. Вера бесшумно покинула комнату, ей нужно было поговорить с Ксюшей. Нужно было систематизировать свои хаотично блуждающие мысли.
Ксюша сидела у окна и курила. Лицо было опухшим от слёз.
– Тебе нельзя, – коротко бросила Вера, забрав у подруги сигарету и жадно затянувшись.
– Что же теперь делать? – спросила Ксюша.
– Наталья рассказывала, что у неё есть свекровь. Какими бы ни были их взаимоотношения, всё-таки Павлик её родной внук. Она должна принять его.
– Нам нужно найти её и убедить забрать Павлушу. Ему нельзя в приют, – сказала Ксюша.
Вера не ответила, погружённая в свои мысли.
– Нужно перебрать все бумаги в комнате Натальи. Гдето должен сохраниться адрес её предыдущей прописки, – продолжала Ксюша. Она умела сохранять ясность сознания в критической ситуации, в отличие от Веры, которая была просто морально раздавлена всем происходящим.
Вера думала о том, что детство Павлика сегодня закончилось. Что больше никогда он не познает тепло маминых рук. Что больше никогда не услышит её голос… И она снова заплакала.
Вечером, пока Вера, утешая Павлика, пыталась заставить его что-нибудь съесть, Ксюша искала хотя бы маленькую ниточку, ведущую к бабушке Павлика. И нашла. Выписка из роддома с указанием адреса прописки роженицы. Это уже было хоть что-то. Завтра с утра нужно будет проехать по указанному адресу и всё уточнить.
День был очень тяжёлый, ночь оказалась не легче. Павлик просыпался с криками через каждый час. Ему снились кошмары. Во сне он плакал и звал маму. Всю ночь Вера провела рядом с ним, успокаивая его и вытирая слёзы.
Утром, едва забрезжил рассвет, Вера собралась исследовать появившуюся зацепку с адресом. Ксюшу она оставила присматривать за Павликом. По пути Вера прокручивала в голове то, что скажет бабушке мальчика. Подбирала слова, чтобы поаккуратнее сообщить о трагедии. Представляла, какой может быть её реакция на известие. Больше всего Вера переживала, что ей придётся столкнуться с бесчувственной женщиной, которую не тронет судьба сиротки. Вера готовилась к этому и сочинила речь, которая никого не могла оставить равнодушным.
Погружённая в свои мысли, ведя внутренние диалоги, Вера не заметила, как подошла к нужному дому. Набрав в грудь побольше воздуха, она нажала на панели домофона номер нужной квартиры. Секунды ожидания казались вечностью. Наконец в динамике раздался недовольный сонный голос мужчины:
– Да! Кто там?
– М-м-м… – Вера растерялась. – Скажите, Самохина здесь проживает?
– Что хотела? – рявкнули на том конце.
– У меня есть кое-какая информация для неё, – ответила Вера.
– Заходи, – вздохнул мужчина.
Поднимаясь на лифте на седьмой этаж, Вера размышляла о том, кем может быть этот мужчина. Наталья говорила, что её муж был единственным сыном. Может быть, прежняя хозяйка уже давно съехала с квартиры?
Лифт со скрипом открылся. Вера нерешительно вышла на площадку и огляделась. Дверь квартиры под нужным номером была приоткрыта. Вера легонько толкнула её и заглянула внутрь. Из квартиры на неё пахнуло стойким запахом перегара и тухлой рыбы.
– Заходи, – раздался тот же мужской голос откуда-то из глубины квартиры.
Вера перешагнула порог и полностью погрузилась в пощипывающий ноздри смрад.
– Топай сюда. Можешь не разуваться, – любезно предложил голос.
Хотя разуться как раз Вера не решилась бы. Об элементарных нормах санитарии хозяину квартиры было, по всей видимости, неизвестно.
Навстречу Вере вышел мужчина лет сорока, с опухшим лицом алкоголика со стажем. Недельная щетина обильно расползлась по скулам и подбородку. Из одежды на нём были только семейные трусы и майка в застарелых пятнах.
Глубоко посаженные глаза смотрели неприязненно.
– Ты кто? – спросил хозяин квартиры.
– Я ищу одну женщину. Она, вероятно, проживала прежде по этому адресу. Её фамилия Самохина. Скорее всего… – Вера только сейчас подумала, что с фамилией вполне могла промахнуться.
– Да, была тут такая… – осторожно сказал тип в майке. – У тебя-то к ней какое дело?
– Понимаете, у этой женщины есть внук. Его мама умерла вчера, и мальчик остался сиротой. Мне нужно найти его бабушку, пока мальчика не определили в детский дом, – объяснила Вера. – Если вы можете помочь найти эту женщину, я буду вам очень признательна.
