Оставив свои попытки, Ники села в полной темноте на землю и обхватила себя руками, а ветер вокруг завывал и стонал в катакомбах. Бездействовать было даже страшнее, чем отойти от узкой полосы, через которую в пещеру проникал солнечный свет и которая, как она знала, была прямо над ней. Поднявшись на ноги, девушка измерила тоннель, пройдя от одной его стенки до другой. Он был примерно девять футов в ширину и, как она догадывалась, такой же высоты. Если не считать выходящего наверх, как труба камина, отверстия, тоннель из лавы был почти идеальным цилиндром, образовавшимся в горе по повелению матери-природы.
И вдруг Ники почувствовала родство с этой лавой. Их объединяла одна цель — выбраться отсюда. Ники знала о существовании тысяч тоннелей, пронизавших толщу горного склона. Знала она и о том, что в некоторых из них должны были быть входы и выходы для лавы. Ведомая исключительно инстинктом, Ники собрала всю свою волю, оперлась здоровой рукой о стену и двинулась вперед.
Она даже не представляла, сколько прошло времени. Это было бесконечное путешествие во тьме — без света, без единого звука, кроме постоянного шума у нее в голове. Похоже, это сила земного притяжения, с помощью которой она узнавала о подъемах и спусках, забросила Ники из яркого, сверкающего мира в этот мрачный черный могильник.
Позади оставались сбитые пальцы ног, слепые тоннели и утраченные надежды. Ники казалось, что она бродит тут уже несколько дней, но она понимала, что это невозможно, потому что она умерла бы от жажды через два-три дня. Скорее всего она пребывала в этом кошмаре всего несколько часов. Голова у нее не только гудела, но еще и кружилась, и уже несколько раз она падала, потеряв сознание, на каменный пол тоннеля.
Ники брела с отчаянием заблудившегося в пустыне путника — она знала, что умрет, если позволит себе остановиться. Она хотела облизать губы, но во рту не осталось слюны. При воспоминании о воде она едва не стонала. Внезапно к шуму в голове добавился еще какой-то рев — казалось, это водопад обрушивается на утес.
Остановившись, Ники прислушалась. «Мне это кажется, черт побери!» — подумала она. Ей хотелось плакать, но слез не было. Вот рев опять донесся до нее — это был далекий шум… воды. Внезапно она поняла: это шумела вода в заливе. Она находилась внутри Пали.
— Господи! — прошептала девушка.
Ники ясно представляла себе, как бурлящая вода снова и снова обрушивается на подножье горы. В том месте, где вулкан встречался с океаном, была огромная пещера. Ей строго запрещали туда ходить, но однажды много лет назад она осмотрела пещеру во время отлива. Внутри пещера была испещрена отверстиями — выходами из тоннелей, по которым лава вытекала во время извержения.
Ники вслепую шла на шум воды. Несколько раз она падала, вставала, падала опять и снова поднималась на ноги. Рев становился все громче. Наконец он стал ритмичным. Ники, напрягая зрение, вглядывалась вперед, и вот ей показалось, что она видит свет. Надежда окрылила ее.
Да! Она видела свет! Сначала это была крошечная — размером с булавочную головку — точка, которая вскоре превратилась в тонкий луч, а он, в свою очередь, становился все шире, и вот Ники увидела круглое отверстие — это был конец тоннеля. Она что есть мочи бросилась бы туда, если бы только могла бежать. Но ей было трудно даже идти на разбитых в кровь, дрожащих ногах.
Кружок света был уже размером с серебряный доллар, сверкающий в полной тьме, когда под ногами у Ники захлюпало. Она прошла еще несколько ярдов, и воды стало уже примерно по щиколотку. Опустив руку, она поднесла ее к губам и попробовала на вкус. Океанская вода. Конечно. Когда вода в заливе ревела так громко, это означало, что начинается прилив.
Тревога с новой силой охватила Ники. Насколько тоннели заполняются водой во время прилива? Попадает ли вода в их наружные отверстия? Неужели она пробралась сюда лишь для того, чтобы погибнуть в этом чертовом океане?
— Не-ет! — закричала Ники. Ее хриплый голос был полон ужаса. И, обезумев от страха, Ники побежала к далекому свету.
Его разбудил дикий вопль. Вздрогнув, Джек приподнялся и по привычке сунул руку под подушку, где обычно лежал пистолет. Но, открыв глаза, он вспомнил, где находится, и тут же увидел Кэтрин — стоя у кровати, девушка торопливо причесывалась.
— Это ты кричала? — пробормотал он.
— Возможно. Вставай, Джек.
— Который час? — спросил он.
— Не знаю, но уже утро. Вставай.
Джек провел рукой по взъерошенным волосам.
— К чему такая спешка?
— Это Ники.
Джек окончательно проснулся.
— Что? Я не слышал телефона.
— Никто и не звонил. — Сунув расческу назад в сумочку, Кэтрин быстро пошла в ванную. — Я видела сон, — крикнула она оттуда. — Ники жива, но она в опасности.
Скатившись с постели, Джек подбежал к ванной и заглянул туда. Несколько раз ополоснув лицо, Кэтрин вытерлась полотенцем.
— Ты уверена в этом?
Девушка посмотрела на него поверх полотенца.
— Джек сейчас не время сомневаться.
— Извини. Я с тобой. Ну хорошо, а ты знаешь, где Ники?
