Пени вздохнула, погружаясь в теплые волны собственной фантазии. Господь извлек ее из когтей ада и даровал ей новую жизнь. В этом она не сомневалась.
Утро понедельника выдалось жарким и солнечным, к девяти часам температура уже достигала восьмидесяти градусов[12]. Приняв душ и побрившись, Джек надел джинсы и легкую рубашку — последнюю чистую рубашку, которая была у него с собой. Он встречал день с угрюмой решимостью. Было третье июля — годовщина смерти Эллен. В этот день он твердо намеревался разыскать Кэтрин, попрощаться с ней и убраться ко всем чертям из этого полного соблазнов южного города.
Собрав сумку, он, как обычно, позвонил Кэтрин. Услышав голос автоответчика, Джек повесил трубку, набрал номер авиакомпании и забронировал себе на следующее утро одно из последних мест на рейс до Атланты. Он знал, что ему придется задержаться в пути на шесть часов, но был даже рад тому, что это произойдет в праздничный день — Четвертого июля.
Спустившись вниз и пройдя мимо сверкающего на солнце фонтана, Джек расплатился в гостинице и бросил сумку в багажник «бьюика». Возможно, последние часы своего пребывания в Чарлстоне ему придется бродить вокруг здания аэропорта, потому что некуда будет пойти. Но Джеку было наплевать на это. Одно он знал наверняка: он больше не хочет сидеть в гостиничном номере, тщетно ожидая звонка.
Приняв такое решение, Джек почувствовал себя увереннее, чем накануне. У него был план, и если Анн-Мари по-прежнему не откроет свой магазин, он, черт возьми, направится прямо в Уинслоу-хаус. В любом случае он выследит Кэтрин. Сегодня.
Перекусив в том же уютном ресторанчике, что и позавчера, Джек поехал к магазину «Открытое окно». Как выяснилось, первый пункт его плана не сорвался: с дверей исчезла табличка «Закрыто», уступив место другой, более обнадеживающей: «Открыто».
— Да! — пробормотал Джек, припарковывая машину на стоянке. Всего три дня прошло с тех пор, как он впервые оказался в книжном магазине на Кинг-стрит. Когда он на этот раз вошел в магазин, Анн-Мари сразу же приветливо улыбнулась при виде очередного покупателя, однако улыбка исчезла с ее лица, едва она узнала его.
Направляясь к ней, Джек зорко оглядел магазинчик и пришел к выводу, что, кроме молодой матери, прижимающей к себе ребенка, в торговом зале никого не было. Весь магазин был в его распоряжении.
— Господи! — воскликнула Анн-Мари, когда Джек приблизился к ней. — А я-то думала, что вы уже на пути в Чикаго! — Ее голос с южным акцентом звучал ласково, но, облокотившись на прилавок и заглянув ей в глаза, Джек увидел, что она зла как черт.
— Я не уеду, пока не потолкую с Кэтрин, — заявил он. — Где она? — Одна бровь Анн-Мари изогнулась, как спина разъяренной кошки. — Говорите же, Анн-Мари! Я сто раз звонил ей! Она не подходит к телефону, не отвечает на мои звонки! Где она?
— Вы поступили не самым лучшим образом, — заявила миссис Дюваль. — Сначала остались у Кэтрин на ночь, а на следующий день разъезжали по городу с другой женщиной.
— Нигде я не разъезжал! — огрызнулся Кейзи.
— Вы обидели ее, Джек. — Кейзи почувствовал, как его шея начинает гореть от осознания собственной вины. — Вы вели себя таким образом, что у нее создалось впечатление, будто она вам небезразлична…
— Но… так и есть…
Анн-Мари сложила на груди руки.
— В это трудно поверить, особенно после того, как мы обе видели вас в обнимку с другой женщиной!
Джек нахмурился.
— Ее зовут Сьюзен, и тут все ясно как Божий день: да, я совершил ошибку. Сьюзен все стало понятно, и я бы хотел, чтобы Кэтрин тоже узнала об этом. Вы скажете мне, где ее найти, или нет?
Анн-Мари холодно взирала на него.
— Я должен увидеть ее, черт побери! — взревел Джек.
Мать с ребенком на руках оторопело уставилась на него. Однако ему все же удалось немного поколебать ледяную решимость Анн-Мари. Она посмотрела на него ищущим, неуверенным взглядом.
— Пожалуйста, скажите, — тихим голосом проговорил Джек, — где Кэтрин была эти два дня?
Анн-Мари видела, что Джек явно огорчен.
— Кэтрин в больнице. У ее отца в ночь на воскресенье был еще один удар. Она зашла ко мне рассказать об этом и тут увидела вас с той дамой. Полагаю, с тех пор она уходила из больницы лишь для того, чтобы переодеться и помыться. Кэтрин знала, что ее отец умирает, и последние двое суток она ждала печальных известий. И это случилось — ее отец умер час назад.
— Господи, мне так жаль! Это мне даже в голову не пришло! А как Кэтрин? С ней все в порядке?
— Она измучена и опечалена. Но Кэтрин — сильная девочка, вы едва ли встретите в жизни вторую такую же.
— Да нет, видал я сильных женщин, — возразил Джек. — Где же она сейчас?
— Думаю, она уже уехала из больницы. Приятельница должна была отвезти ее домой.
Пораженный полученными известиями, Джек направился было к дверям, но на полпути остановился и обернулся.
— Спасибо, что рассказали мне все.
— Не стоит благодарности.
— Я видел на улице цветочный магазин. Она любит цветы?
— Да, только не белые, — улыбнувшись, ответила Анн-Мари.
