— Эй, мужик, ты чо? — возмутился тот хорошо поставленным басом.
— Видел тут парень пробегал в черной футболке? Лохматый такой и бородатый. Он мою девушку с собой утащил, козел. Невысокая такая брюнетка, — напористо начал тот.
— Да тут постоянно кто-то ходит. Туда, наверно, пошли! — махнул рукой в сторону выхода из переулка. — Тут мест нету. А выход там.
— Спасибо, брат, — бугай хлопнул незадачливого «романтика» по плечу и все трио устремилось к выходу из переулка.
Когда шаги стихли, Вальдемару пришлось оторваться от мягких губ. Это далось с огромным трудом, казалось, они за эти минуты прилипли друг к другу, пришились, приклеились самым сильным суперклеем. Алиса стояла, как маленькая хрупкая статуя: то ли разгадала его план, то ли поняла, что сопротивляться бесполезно.
— Прости, иначе они бы нас поймали, — прервал поцелуй и прошептал ей в губы. Не хотелось, чтобы кто-то их слышал.
Девушка молчала, глядя куда-то за его плечо.
— Снова идут, — шепнула также тихо и, не дав возразить, вернула ему этот захватнический поцелуй с процентами.
Оставалось только одно, поддаться этим губам и ласкающим шею рукам. Поддаться горячему дыханию и перехватить инициативу поцелуя с легким привкусом сигаретной горечи. Теперь это была не статуя, в его руках оказалась буря, торнадо, которое он ухватил с земли за длинный узкий хвост. Остановиться невозможно. Только касаться губ, играть с влажным и, он точно знал, острым языком, ласкать отвечающее на каждое прикосновение тело.
Мир перестал существовать. Занавес опустился, отделив их от такого незначительного всего. Бандиты и друзья, ветер и солнце, дома и набережные, Лозовский и Ниточкин, лисица и чернобурка, Акулова и Светочка, деньги и наркотики — все перестало иметь значение. Остались только два человека: две сплетающиеся души, два сбившихся дыхания, два созданных друг для друга тела. Осмелевшие руки под футболкой, горячая кожа и …
— Стоп, — Алиса чуть оттолкнула его и уперлась ладонями в грудь. — Хватит.
— Прости, — коснулся своим лбом её. Убрал руки из-под футболки. — Виноват, увлекся, больше так не… — не дала договорить. Прикоснулась указательным пальцем к его губам.
— Ты все понял, да? — хитрый прищур зеленых глаз.
Вальдемар на секунду растерялся. Что он должен был понять? Мозг превратился в сладкую вату, спасибо, что не в медицинскую. Хотя что в их случае наиболее актуально — это вопрос.
— Ты — тормоз, Вальдемар, — снова приблизилась к его губам.
— Там никого не было, — хитро улыбнулся миллионер, вата которого начала сворачиваться в форму мозга и потихоньку функционировать. — Я не тормоз, я удивлен, — на свой страх и риск потянулся к ней и коротко поцеловал, проверяя. В такой ситуации лучше перестраховаться.
— Дошло, наконец. Идем отсюда, — схватила за руку и потянула к выходу из переулка. Ожидаемо, что на улице никого из опасных типов не оказалось. Ребята Нилова работали исправно.
Некоторое время бродили по улицам молча, прятаться в метро больше не было необходимости и Вальдемар, чего греха таить, был этому рад. Идти рядом и слушать шум города намного лучше и приятнее. Особенно, если он приправлен усиленным скрежетом шестеренок в её голове. Когда последнее стало особенно нестерпимо, Лозовский прикоснулся к плечу Алисы и аккуратно заставил остановиться рядом.
— Ты в порядке? — идиотский вопрос. Но какие у него были варианты? Девушка временами и правда напоминала ему дикого зверька. Лису, которую кто-то принес домой из леса, залечил больную лапу и оставил жить среди людей. Вот только дикий зверь — это дикий зверь. И кто знает, стала ли эта сытая жизнь в цивилизации для неё счастьем? Может, ей больше нравилось бегать по лесу и выгрызать себе пропитание, бороться каждый день и жить на пределе возможного.
Стоит ли ему сейчас тащить ее в свою цивилизацию? Снова возвращать в мир комфорта, откуда эта лисичка коварно сбежала и куда она так не хочет возвращаться.
— Да, почему ты спрашиваешь? — удивилась девушка и улыбнулась как-то иначе, совсем по-новому. Тепло, спокойно и даже уютно.
— Ты молчишь. Я нервничаю. Точно все хорошо? Объяснишь мне, что произошло во дворе? — сам понимал, что нагнетает, но иначе ничего не добиться.
— Объясню, но чуть позже. Всему свое время, Вальдемар. Пошли домой, они вряд ли дважды нападут в одном и том же месте. Сейчас наберем Клавдию, она выглянет — посмотрит, — взяла его за рукав и потянула в сторону дома.
Во дворе, по сведениям секретного агента 0082, Клавдии Ивановны, все было спокойно. Вскоре они уже наслаждались теплом дома, каждый в своей комнате. Алиса ускользнула от Вальдемара раньше, чем он успел хоть что-то сказать или сделать. Благо, диверсант под прикрытием оренбургского пухового платка был сегодня на её стороне, как и банка корнишонов, которую Клавдии Ивановне срочно приспичило открыть.
Без пятнадцати минут полночь в дверь к задремавшему было Вальдемару тихо постучали. Первые две минуты он думал, что показалось. Когда стук усилился и стал более раздраженным, пришлось смириться с реальностью, проснуться и впустить гостью.