Я чувствовала себя виноватой. Мало того, что сжигаю себя ревностью, так ещё и чувство вины... похоже, я не доживу до завтрашнего утра. Убью сама себя душевными муками. Потерев виски, я прошла кровати и забралась на неё. Я не пойду за ним. Пусть делает то, что хочет. В конце концов, кто я такая, чтобы ставить ему условия? Никто.
На второй день турнира я пришла с опозданием. На меня смотрели с неодобрением , а мне было всё равно. Думайте, что хотите!
Снова были бои, снова я переживала и вглядывалась в экран проекции, в надежде поймать знакомый образ,и снова облегчённо вздыхала, глядя на победителей. Кроме обычного отбора в этот день была ещё и командная битва. Оставшихся бойцов разбили на две части и устроили групповой контактный поединок, где победившая группа получит прямой "билет" в финал.
Это было странно. Куча мужчин, дерущихся, словно в последний раз. Улюлюкающая толпа, крики, визг и свист зрителей, и одобрительные, высокомерные кивки членов семей высокопоставленных чиновников и Собора.
И напротив, семьи тех, кто проигрывал, едва сдерживали слёзы, глядя на то, как калечат их детей, как их кровь падает на землю Астарна. Печальное зрелище. Этот бой потерял для меня всякую привлекательность. Слишком сильно было моё отвращение к увиденному. В этом бою никто не заботился о чести, на одного могли напасть сразу втроём или и того больше. Ужасно. Словно стая голодных хищников. А когда бой был закончен, то в команде победителей я увидела Асамина, Сугира, и ещё несколько незнакомых мне мужчин.
А Кана? Это значило только то, что капитану Клинков не повезло, и он попал в команду проигравших. Я скользила взглядом по арене, пытаясь увидеть среди груды стонущих тел - Кана. И только когда несколько Клинков подняли его на носилки, охнула. От крови, лица капитана даже не было видно. Интересно, кто это его так? В этой толпе, было даже не понятно, кто кого бил. По судорожным сжатиям кулаков моих, уже постоянных, охранников, я поняла, что дело плохо. Если капитан, лежит на носилках без движения, наверное, он без сознания. Один из клинков, ловко управляя носилками с помощью пульта, быстро вывел их с арены, а второй, отправился в другую сторону. Вскоре, их примеру последовали остальные. Раненых забирали, аккуратно устраивая на летающих носилках, и вывозили в лазарет. Оказывается, Кана увезли туда же. Как только Высшие и Верховные засобирались прочь, мы с Клинками поспешили в лазарет, чтобы узнать в каком состоянии находится Кана.
Как только прибыли на место, с удивлением увидели там Асамина. Верховный сидел в больничном коридоре,устало опустив голову. Одежда на нём была порвана и в крови, волосы в беспорядке, а в глазах застыло беспокойство.
Увидев меня с Клинками, он на мгновение нахмурился, но после расслабился. Откинувшись на стену, Асамин внимательно следил за нашим приближением.
- Что с капитаном? - один из Клинков вежливо спросил, как только отвесил церемониальный поклон. Асамин не спешил отвечать, на секунду отвернувшись и слегка прочистив горло, и всё же ответил.
- Он в порядке. Через пару дней ухода будет как новенький.
- Можно к нему?- я задала вопрос, и взглянула на плотно запертые двери.
- Конечно. Как только выйдет сестра, мы войдём.
Почти сразу, дверь открылась, и в коридор вышла девушка в длинном балахоне серого цвета. Её платье, было без каких либо украшений, абсолютно закрытое. Клинки взглянули на неё с таким одобрением, что я невольно хмыкнула. А вот Асамину было не до девушки, он быстро скользнул в палату. Я вошла следом, а Клинки чуть позже.
Кана лежал на высокой кровати. Его голова и торс, были почти полностью перемотаны бинтами. Чуть высокая подушка, приподнимала голову и, хорошо было видно каким бледным стало лицо капитана Клинков. Несмотря на развитые системы восстановления тела, использовали их крайне редко, и только при сильной угрозе жизни, либо при повреждениях вызывающих болевой шок. Я вдруг некстати вспомнила, как в одном из сражений с Харонитами, в замыкающий корабль попал сильный импульс. Выживших почти не осталось. Тогда, у одного из солдат была оторвана нога. Кровь хлестала, унося жизнь молодого парня, но один из медиков догадался применить устройство восстановления. И хоть ногу было не вернуть, по крайней мере, страшная рана заросла, и кровотечение прекратилось.
Глядя на обилие бинтов, на теле Кана, я вдруг подумала, что лучше бы и ему сделали восстановление. Потому что такой Кана, вызывал чувство жалости. Ни к лицу была капитану Клинков такая слабость.
Когда он открыл глаза, Асамин подошёл ближе.
- Как ты, друг? - Верховный был серьёзен. Интересно, куда же подевалась эта его знаменитая холодная улыбочка.
- Жить буду, - Кана попытался усмехнуться, но закашлялся, и поморщился от боли.
- Помолчи, - я дотронулась до руки капитана, - я не понимаю, к чему все эти жертвы? Если бы это было хотя бы что-то весомое... а тут... Ради чего?!
- Ради тебя, - тихий ответ Кана, расстроил меня ещё больше. Асамин снова ощутимо напрягся, а Клинки, не сговариваясь, смотрели по сторонам.
