В поисках баронессы полностью

— Ваша светлость. Она — потерпевшая, а не преступница. Ей ни к чему убегать. Я бы скорее ожидал, что сбежите из-под стражи вы, — он усмехнулся. — Тем более, вы именно так и поступили, — он кивнул на двоих конвоиров, застывших на входе в залу. — Так уж и быть — я закрою на это глаза. Вы лишь торопились увидеть утраченную супругу. А это — испуганная женщина. К ней ворвались, когда она была в неглиже, готовилась отойти ко сну. Она боится, что к ней снова вломятся, когда она будет не одета.

— Почему она вообще спит в хозяйской спальне?!

— Полагаю, отчет в этом она даст своей хозяйке, когда та вернется. Нарушение слугами порядка — не уголовное преступление. И находится за пределами моих полномочий.

Ронан прислушался. Не обращая на удивленные и осуждающие взгляды работников сыска, прижал ухо к створе.

Внутри слышалось какое-то шебуршение. А еще ему послышался шепот.

— Там шуршит! — сообщил он. Сердце лихорадочно трепетало в груди. — И шепчет что-то. С кем она шепчется?!

— Ваша светлость, — с нажимом окликнул Гото. — Шуршит ткань — женщина одевается. Что касается шепота — вероятно, она проклинает неурочных визитеров. И, видит святой Иероним, я ее понимаю! Странно, что она не ругается вслух. Это, к слову, делает ей честь — немногие простолюдинки в таких обстоятельствах способны сдержаться. Мне доводилось слышать, как почтенные матери семейств сыпали такими ругательствами, что портовые грузчики краснели от стыда. Не исключено также, что она успокаивает ребенка. Да-да, малыш еще не родился — но связь с матерью всегда сильна. Она испугана и наверняка боится, что может потерять младенца.

— Вы говорите так, словно сочувствуете ей.

— Я ей сочувствую. Я представляю, каково молодой девушке оказаться незамужней и в ожидании потомства. Не раз видел такое за свою жизнь. Ее счастье, что для нее нашлось место! Она может не бояться, что умрет от голода с ребенком.

— Возможно, хозяйка просто еще не знает…

— Все может быть, — согласился сыщик. — Мне придется проследить за ее судьбой.

Ронан в изумлении уставился на него. Он так обеспокоен судьбой безвестной девицы, что готов потратить силы на присмотр за ней после окончания расследования? Гото отвернулся, смешавшись — видимо, сообразил, что сказал. Лицо эсквайра осталось невозмутимым — но Ронан успел изучить повадки этого человека.

Стукнул снова засов, заставив вздрогнуть. Он и забыл на какой-то миг о девице!

Та появилась на пороге — бледная, с широко распахнутыми глазами. Но в строгом платье, застегнутая на все пуговицы, уже в накидке и с сумкой.

— Я готова, господа, — прошелестела она.

Во взгляде горела решимость, бескровные губы она плотно сжала. Ронан усмехнулся про себя. Такое впечатление, что на эшафот собралась! Ну-ну. Все еще может статься.

Может, формально он — и преступник. Вот только девица — сообщница его жены. А на той прегрешений явно больше, чем на нем. Как бы ни лезла из кожи Агнес. И что бы ни говорил по этому поводу Гото. И он найдет управу на всё это сборище!

*** ***

— Итак, — сыщик сидел за столом. — Ваше имя, — он выразительно взглянул на девицу.

— Кэнди Лоу, — голос той звучал куда тверже, чем когда ее только обнаружили в доме. — Я — горничная достопочтенной Фейлы Кик.

— Достопочтенной, — Гото приподнял брови.

— Госпожа не говорила о том, что у нее есть титул, — девица кивнула. — Я всегда называла ее так, и она никогда меня не поправляла.

Ронан сдержался, чтоб не хмыкнуть презрительно. Сыщик записал имя девицы и снова поднял на нее взгляд.

— Расскажите о нынешнем вечере.

Она кивнула, судорожно вздохнула. Пальцы принялись мять подол.

— Я… уже легла спать, — начала неуверенно. — Госпожа уехала, особых распоряжений она мне не оставила. Только следить за домом. Так что я решила лечь пораньше. Проснулась от стука в дверь. Я удивилась — кто это мог прийти поздно ночью. А еще поняла, что стук какой-то слишком громкий. Даже жуткий. Я пошла к двери, и тут в дверь постучали снова. Даже не постучали, а ударили! Святой Иероним, что это был за удар! — прибавила она, вздрогнув.

— Продолжайте, — Гото кивнул.

— Я… я не стала открывать, очень испугалась. Я не поняла, кто это может так жутко колотить в дверь. Это словно был не стук, а удар тарана!

— Ну, почти правда, — хмыкнул сыщик, когда она примолкла. — Может быть, вам воды?

— Нет, благодарю, сэр, — девица мотнула головой. — Так вот — я думала, может, кто-то подаст голос. Если это стража, подумала я — они должны будут позвать. Приказать открыть именем короля. Но никто не звал, только в дверь били и били. А еще я услышала какой-то жуткий рык, — она судорожно вздохнула. — Я тогда подумала — будто какое-то голодное чудовище. Но ведь чудовища не ходят просто так по улицам! А потом, — голос ее прервался.

Ронан покачал головой. Прекрасная актриса! Ей бы в театр идти, а не горничной. Так мастерски изображать испуг! Вон, как достопочтенный эсквайр засуетился — налил-таки ей воды, подвинул стакан. Девица отхлебнула, поставила стакан, расплескав немного.