В поисках баронессы полностью

Часом раньше его перевели в более просторное и чистое помещение, чем-то, где он провел ночь. Как пояснил адвокат, по приказу управляющего слуги чуть ранее привезли туда перину, подушки и одеяла из столичного особняка. У окна разместился стол и небольшое кресло, так что тюремная камера теперь напоминала скромный кабинет.

Смешно сказать — даже квадратный ковер расстелили под ноги между койкой и столом с креслом! Для него самого привезли сменную одежду и обувь. В том числе — домашнюю.

Чтобы, значит, с удобством сидел под замком, — подумал с горькой усмешкой Ронан. Как пояснил адвокат — добиться от Гото разрешения на то, чтоб выпустить арестанта, не удалось. Но эсквайр не видел нужды держать барона в черном теле. Заявил, что не видит причин лишать его привычного комфорта. И разрешил обставить камеру так, чтобы его светлость испытывал минимум неудобств.

Разумеется, все предметы, каждую тряпку, проверили полицейские — обычные ищейки и маги. На предмет отсутствия того, что могло бы помочь арестанту бежать из-под замка.

Последний час Ронан сидел в кресле и глядел в зарешеченное окно. Он никак не мог решить, чем считать этот жест со стороны эсквайра. Признаком доброй воли или изощренным издевательством. Потому что физический комфорт вкупе с невозможностью выйти из камеры деморализовал куда сильнее, чем просто нахождение в камере для преступников.

И, словно мало было этого, явившийся целитель заявил, что цель его — выяснить: не подвергался ли его светлость воздействию на разум.

Услышанное настолько ошарашило молодого барона, что он даже не нашелся — что ответить. Все, что он мог — это позволить эскулапу произвести все манипуляции, что тот посчитал нужными.

— Ну что, достопочтенный господин лекарь, на месте ли мой рассудок? — полюбопытствовал он, когда тот уходил. Не сумел скрыть сарказма.

Тот хмыкнул, что-то пробубнил невнятно себе под нос и вышел. Ронан остался в легком недоумении. Как это понимать? Решительно, эсквайр Гото издевается над ним!

Ощущая, как нарастает нервозность, принялся расхаживать по камере. Ноги то и дело цеплялись за ковер, и в конце концов барон с досадой пнул его в сторону. Тот сбился неряшливыми складками. Теперь, вышагивая взад-вперед, он постоянно цеплялся взглядом за завернувшийся вокруг ножки стола ковер. Не выдержав, в раздражении принялся пинать его, чтоб уложить на место. В конце концов, пришлось расправлять руками.

Когда бы еще он сам наводил порядок в своем жилище, не прибегая к помощи слуг! Но тех здесь не было, волей-неволей пришлось. Хотя это и не его жилище…

Окончательно смешавшись, он уселся на койку. Подумав пару мгновений, скинул туфли и вытянулся поверх покрывала. Успокоиться не получалось — мысли метались, и от их круговерти начинала кружиться голова.

Право слово, в обычной камере он себя чувствовал лучше! Да, мысли текли мрачные. Но они хотя бы текли неторопливо, а не мелькали драными хвостами перепуганных белок!

А может, он и правда сошел с ума?

Ронан, не удержавшись, расхохотался вслух. Он-то считал, что рассудка лишилась его жена — подожгла поместье и сбежала, прихватив часть его имущества. Оказывается, умалишенный — он сам.

— Линия защиты в суде, — повторил Ронан за адвокатом, словно пробуя слова на вкус. — Вы сами, достопочтенный господин адвокат, рассудком не повредились? — не сдержался он. — Вы сами понимаете, что предлагаете мне?!

— Это — идея эсквайра Гото, — с легким смущением сознался адвокат.

— Вы шутите, — тихо проговорил потрясенный барон.

Сыщик точно издевается над ним! Мало ему было визитов целителя в последние три дня. Оказывается, это Гото считает удачной идею выставить его сумасшедшим!

— А я могу переговорить с эсквайром Гото лично? — прошипел он.

Видит Творец, с него довольно! Он выскажет эсквайру все, что думает о нем и его методах ведения расследований.

— Я передам вашу просьбу, — кивнул адвокат. — Выполнит ли ее эсквайр — ручаться не могу.

Ронан не выдержал. Вскочил, принялся вышагивать взад-вперед. Адвокат с невозмутимым видом перекладывал на столе бумаги. И барону подумалось, что сам он и впрямь ведет себя не как уравновешенный человек. Усилием воли заставил себя прекратить метания, усесться тоже за стол.

— На случай, если эсквайр не найдет времени с вами увидеться, — заговорил адвокат. — Он просил передать, что от вас не требуется ничего. Только сохранять спокойствие в ходе судебного заседания.

— Сохранять спокойствие, в то время как меня выставляют сумасшедшим, — пробормотал Ронан.

Он с трудом удержался, чтобы не вскочить снова.

— Ваша светлость. Я, со своей стороны, прошу вас мне довериться. И предоставить выстраивать вашу защиту так, как это необходимо, чтобы вы понесли минимальный ущерб. Дело серьезное — речь идет о нарушении королевского указа. И свидетелей — больше десятка.