В поисках баронессы полностью

— Или любое другое сопредельное государство, — кивнул Гото. — Поскольку напряженность на границах у нас не только с Нейтанией. Мне приходил ответ, ваша светлость. Все плохо, — он помолчал. — Наша обороноспособность сейчас имеет первостепенное значение! И она окажется под угрозой, если копии книг из вашей библиотеки покинут страну. Вот послушайте лишь одну цитату, — он прикрыл на мгновение глаза. — Даже слабый маг может практически безгранично чаровать выращивание, если станет черпать энергию из растимых им же укорененных существ. Это восполнит его запасы, не позволив им истощиться прежде времени. Вы представляете себе, ваша светлость, не слишком сильного мага-одиночку, который, черпая для восполнения резерва энергию из растений, которые сам же и заставляет разрастаться, за ночь — если не меньше — разваливает укрепления противника, устраивая подкоп с помощью корней какого-нибудь дуба?!

— Дуба, — повторил Ронан. От нарисованной сыщиком картинки поневоле передернуло. — Дуба — или, допустим, терновника…

— Терновник — отличный выбор, ваша светлость! Неплохо подойдет плющ или дикий виноград. Розы, если отрастить им шипы подлиннее. Понимаете, эта методика восполнения сил из своих же творений лежит за пределами представлений современной магической теории. Я слышал, маги-стихийники пытаются разработать что-то такое. И у нас, и за границей. Но их попытки и рядом не стояли вот с этим. Труды мастера Ланга лежат забытые, поскольку у рядового мага-садовника нет необходимости в таких сложных манипуляциях. Применение методики требует концентрации, дисциплины, тренировки. Но при подготовке к войне всё это станет вопросом времени.

— Я так понимаю, это лишь один из примеров, — заметил Ронан. — Эсквайр…, но моя библиотека — не единственная в Маноре.

— Само собой. Я уже отправил полный отчет и в королевский Совет, и своему руководству. Дальнейшее зависит не от меня. Моя задача — окончательно разобраться, что произошло в Гревилле.

— Я сделаю все от меня зависящее, чтобы ничто не помешало вам выполнить эту задачу, — зубы сжались сами собой.

Гото кивнул.

— Я знал, что смогу рассчитывать на вас, ваша светлость, — отозвался он. — Благодарю за уделенное мне время!

Распрощавшись с сыщиком, Ронан отправился не домой, а в поместье. Он знал, что большая часть работ там завершена. А значит, ничто не помешает ему провести несколько часов в хранилище, за изучением изданий, о которых говорил Гото.

Шагая к выходу из управления, Ронан вспомнил, что не расспросил сыщика о пропавших драгоценностях. Всплыли те где-нибудь, или нет? Гото ведь обещал разузнать.

Он ведь даже упомянул их, рассказывая о скопированных книгах.

Впрочем, судя по небрежному тону, о них ничего не было известно. Гото ведь ясно сказал: наверняка похищение фамильных ценностей потребовалось для отвода глаз. Чтобы никто не подумал о книгах, оставшихся на своих местах.

Услышав, как его окликает Агнес, барон ощутил досаду.

— Агнес? — он хмуро обернулся к женщине. — Я-то думал, тебя давно уже здесь нет.

— Я тоже так думала, — хмуро отозвалась она. — А потом подумала: эсквайр любезно отобрал у меня весь запас глаз нарвала. Не иначе — это знак судьбы. И я решила тебя дождаться. В конце концов, ты именно ко мне обратился с вопросом о своей библиотеке! Значит, не считаешь меня способной на шпионаж в пользу наших недоброжелателей.

— Ага. Гото отказался рассказывать тебе о находках, так ты решила вытянуть сведения из меня? — хмыкнул Ронан понимающе.

— Если ты, разумеется, не станешь слишком уж протестовать, — она вздохнула. — Я пойму. А еще он, помнится, заявил, что скоро мы увидим Фиа — живую и невредимую.

— Я понял, так просто ты не отстанешь, — он усмехнулся. — Пойдем. Я собираюсь прокатиться в поместье, думаю, ты не откажешься составить мне компанию. Правда, ни пикника, ни даже дружеского обеда не обещаю.

— Переживу, — она фыркнула.

Во взгляде появилось оживление.

Ронан принялся отвязывать коня от коновязи. В душе царила досада — навязалась же несносная бабенка! Снова. Агнес не будет собой, если не пролезет всюду. И одновременно он был рад, что не придется ехать в Гревилль в одиночестве. Будет с кем обсудить услышанное от Гото и прочитанное в хранилище.

— Придется прогуляться до конюшни, — заметил он вслух.

С сомнением оглядел коня. Можно было оставить его здесь. Дойти до конюшни, взять двух лошадей и отправить слугу, чтоб забрал коня отсюда. Но Ронану не хотелось оставлять любимца тосковать возле управления. Да еще и на усиливающемся солнцепеке! Это слишком жестоко. Придется тащиться, ведя животное в поводу. С другой стороны — не так-то и далеко им идти. Каких-то несколько кварталов! Придется Агнес это стерпеть, — последняя мысль вызвала ухмылку.

Он кинул искоса взгляд на женщину. Та, к его удивлению, не выказала ни удивления, ни недовольства.

— Я верно понял — ты собиралась вернуться в столицу? — полюбопытствовал он.