— Отпусти девушку, — снова донеслось из-под земли. Голос не был похож на человеческий, и мужчины вскочили со своих мест, пятясь от открытого лаза.
— Я же говорил, она ведьма, — проговорил Юрии, прижимая Диту к себе более ожесточенно. — Вызвала демона, убить ее надо и быстро.
— Ведьм сжигают!
— Прирежем, а потом сожжем, — Юри достал из-за пояса охотничий нож и приставил к горлу девушки, — прогони демона, ведьма, пусть он покинет наш дом!
— Покинет, он покинет его вместе со мной, отпустите и мы уйдем, — нож разрезал ей кожу, и Дита старалась не двигаться. Она была не уверена, что сможет излечиться, если мужчина перережет ей гортань.
— Отпусти ее! — Крикнул Дмитрий громче.
— Боже праведный, — Гюнтер схватил со стены крест и стал молиться.
— Дай сюда, — Андреас выхватил у Гюнтера крест и стал обстругивать конец, заостряя деревянную основу своим ножом. Закончил он буквально в несколько ударов и, дернув Диту из рук Юрия, уложил ее на пол.
— Господь и все святые с нами, — проговори он, замахиваясь самодельным колом над ее грудью. Дита закричала, а чудовище в подвале стало рычать еще громче. Андреас легко проколол ее грудь, втыкая орудие между ребер. Дита с ужасом чувствовала, как дерево чуть не коснулось ее самодельного сердца и замерло в легком. Над ней промелькнула какая-то тень, и Андреас дернулся, отпуская ее. Что-то подхватило ее и утащило в темноту подвала.
Дмитрий стоял над ней, все в той же маске Носферату – пугающее, отталкивающее черное лицо.
— Ты будто притягиваешь неприятности! — Вампир осторожно извлек из нее крест. У девушки темнело в глазах, и все же она заметила, что Дмитрий дымился, пробежавшись под солнечными лучами, он сильно себя обжог.
— Ларс говорит у меня животный магнетизм, — принцесса пыталась рассмеяться, но было тяжело дышать. — Мне нужно крови!
— Мне самому слишком мало, — Дмитрий действительно жадничал, а Дита даже не его гуль.
— Я возьму намного меньше, чем ты сможешь взять с меня, просто дай мне крови и потом поешь сам! — Ей хотелось кричать на него, неужели вампир действительно не понимал, что Дита может умереть, но ей с трудом удавалось говорить и все слова пропадали где-то в глубине ее тела.
Дмитрий висел над ее раной, ему не терпелось прижаться к этому отверстию и впитать в себя все до капли. Он с трудом сдерживал свой голод, который нарастал все сильнее. Ему пришлось потратить слишком много, излечивая себя от солнечных ожогов, и его тело вновь было обожжено. Там сверху лежало несколько трупов, и их призраки еще долго будут преследовать его, но пить их кровь ему не хотелось, потому что рядом с ним была намного более вкусная и питательная влага. И сейчас она бессмысленно уходила, впитывалась в землю. Разорвав на ней намокшую ткань платья, вампир, дрожа от нетерпения, лизнул ее рану. Слюна вампиров имеет исцеляющие свойства, но с такой дырой ей не справиться. Дмитрий слышал, что «бездонный сосуд» способна лечиться и восстанавливаться. Но это была смертельная рана. Надо выпить пока она еще теплая, пока она еще не умерла... ему показалось, что все внутри сжалось от этой мысли, и он отвернулся от раны, гася в себе желание.
— Дай мне крови, и ты сможешь кормиться с меня, — повторила Дита, еще тише, теряя последние силы.
Дмитрий разорвал свои вены и прижал кисть к ее рту. С удивлением Носферату заметил, как быстро затягивается дыра на ее груди. Почти, как и регенерация вампира, всего несколько секунд и на теле не осталось и следа, даже шрама не было. А Дита продолжала пить. Дмитрий позволил сделать ей еще несколько глотков и зарастил свою рану. Теперь ему точно необходимо поесть. И желательно прямо сейчас или он разорвет ее на куски, пытаясь насытиться.
Румянец вернулся на ее щеки, и она стала теплой, очень. Дита лечила себя, набиралась сил и избавлялась от простуды. Волшебство чарующей крови. Она словно горела, теплая, прекрасная. Его зверь завыл, заскулил, скребясь и требуя этой горячей крови. Дмитрий потянул ее к себе, и почти теряя сознание от нетерпения, прокусил ее шею. Кровь хлынула так ярко и быстро, что вампир не успел ее удержать, и влага залила его грудь и лицо. Ему показалось, он погружается в наркотический сон, насколько это было прекрасно. Дита была сладкой, горячей, обжигающей. Дмитрий мечтал, чтобы этот момент длился вечно. От восторга вампир снова глотал слишком быстро, но, даже наевшись, не отпускал ее, пока смертная его не остановила.
Ему хотелось закричать от радости и удовольствия. Дмитрий забыл о людях, что пришлось ему убить сегодня, о том, что Алиса вновь послала за ним убийц, о том, что он в десятках километрах от своего укромного и защищенного дома. Ему уже был не нужен этот дом. Носферату бы с радостью забаррикадировал эту маленькую избушку, чтобы запереться с ней. Только он и она. Навечно. И он бы был счастлив.
Дита избавилась от яда, и он вновь потянул девушку к себе. Девушка не возражала, и Дмитрий снова погрузился в блаженство от ее крови. Именно такая вечность ему и нужна.
