— Да что ты понимаешь в политике Вильгельма! Ты сборщик мусора и разносчик крови! Не лезь в то, что тебе не понять!
Его явно задело отношение Бэна к его господину, но защитить его гулю не удалось, под действием алкоголя он потерял контроль над собой и сказал много лишнего и слишком громко.
— Не шуми, идиот! — Рявкнул на него Анжело, и усадил на место.
Ромео поворчав, вышел из-за стола и, пошел в отхожее место.
— Извиняюсь, — примирительно сказал гуль Палача, — мне не стоило спорить с ним.
— Конечно, — кивнул расстроено Анжело. — Это Ольфа рассказала тебе о планах Робина?
— Это обычная логика, я лишь смотрю на это непредвзято.
Анжело сдержанно фыркнул. За стол вернулся Ромео и Бэн повторил извинения. Неловкое молчание, воцарившееся после спора, было прервано появившейся Дитой, которая пришла убирать стол. Девушка неспешно стирала маленькой тряпочкой винные пятна со стола и скидывала на пол крошки еды.
Гуль Палача сразу заерзал на месте и отодвинулся от принцессы подальше. Ромео напротив, стал толкать ее под локти, ворча и ругаясь на ее нерасторопность.
Когда девушка уронила на него крошки, Ромео стал пинать ее и обзывать. Его поддержал Кристьян и девушку стали толкать из стороны в сторону. Она молчала, и при первом удобном случае сбежала. Парочка сразу последовала за ней.
— Эй! — Резко окликнул их Бэн, — оставьте ее в покое!
— Что, все еще колется? — Усмехнулся Ларс.
Бэн смерил его презрительным взглядом и двинулся за Ромео с Кристьяном.
Стол опустел и Ларс, наклонившись к Анжело, который дожевывал кусок свинины с довольным видом, тихонько зашептал:
— Твои ребята действительно перегибают.
— О чем ты?
— Постоянно избивают девчонку. Она и так как кукла, они ее калечат.
— Пусть делают что хотят.
— Ромео ее насилует. Да и другие вроде тоже. А ты ее для себя хотел.
— Дита меня давно не заботит. Мне лишь ее гордыню сломать хотелось, она не в моем вкусе и даром не нужна. — Отмахнулся Анжело, — Пусть с ней делают, что хотят.
— Кристьян ее избивает, на теле куча следов. Господам не нравится. Дмитрию очень не нравиться, — продолжал гнуть свое Ларс.
— Мне плевать на то, что не нравится низкородному уроду. Чего ты от меня хочешь?
Ларс сжал зубы и громко выдохнул, полыхая гневом. Анжело не редко поливал Дмитрия грязью, и Ларсу приходилось мириться с положением своего господина и даже подыгрывать старшему гулю.
— Отзови их. Пусть твои псы донимают простых смертных. Дита – полезная еда!
— Как скажешь. Если тебя это так тревожит, сообщу на следующем сборе. Если не забуду.
Ларс благодарно кивнул и поднялся, но Анжело его остановил.
— Сиди, за ними уже Бэн побежал и без тебя там проблем хватит.
Ромео и Кристьян тычками загоняли девушку в нижние помещения, когда до них добежал разъяренный гуль Палача.
— Я сколько раз повторил вам, оставить ее в покое!? — Он тяжело дышал и от ярости его волосы стали дыбом, а глаза горели.
— Не мешай веселиться, — отмахнулся Кристьян.
— Поиграем и оставим, — Ромео же немного сжался, побаиваясь Бэна.
— А ты все под ее чарами? — Продолжал Кристьян.
— Оставьте девушку, — прорычал Бэн и, оттолкнув мужчин, взял Диту подмышки и, не обращая более ни на кого внимания, вывел девушку во двор.
Дита морщилась из-за холодных осенних капель, что почти мгновенно превратили ее тоненькое платьице в мокрую тряпицу и юноша спрятал ее под навес. Стер с ее лица дождинки и осторожно поцеловал в лоб. Холодная ледяная фея смотрела на небо сквозь него, словно ждала, что тучи развеяться и вернется солнце. Бэн погладил ее бледное личико, коснулся прекрасных розовых губ.
— Что мне сделать? Просто скажи, что мне сделать, чтобы ты вернулась? — Спросил он ее тихо.
Но девушка молчала. Бэн опустился пред ней на колени и, обхватив ее ноги, прижал к себе. Он прятал лицо в ее переднике, прятал себя и свои чувства.
— Я так виноват перед тобой. Прости меня! Я должен был защищать тебя и не смог. Мне так жаль, — он жался к ней все сильней, а девушка положила ему ладошку на жесткие волосы, и Бэн удивленно посмотрел на нее.
Все такой же отстраненный взгляд, словно она смотрела сквозь него, сквозь время и была где-то в другом месте. В своем маленьком личном мире, в маленьком личном аду.
Дита встала рядом с ним на колени и, оставив свою руку в его волосах, спокойно сказала:
— Ты был единственный, кто сделал хоть что-то.
Бэн с отчаяньем прижался к ее губам. Нежным мягким губам, которые грезились ему последние четыре года. Она не отвечала, без эмоций расслабилась и уронила руку. Юноша отпустил ее, чувствуя, что готов разрыдаться.
— Помоги мне, — еле слышно, одними губами произнесла принцесса.
Гуль вскочил на ноги и изумленно на нее посмотрел. Бледная девушка и прекрасными голубыми глазами не смотрела на него, но ждала его помощи. Но более чем полгода ему снился один и тот же кошмар, где эта девушка молила его спасти ее и Бэнджамин не смог. Не справлялся. Ужас охватил его и, оставив подругу, он бросился бежать. Не от нее, от себя. Как бы он не старался в своих снах Бэн не был способен ей помочь. И он более не мог без нее жить.
