В поисках Человека полностью

– А это было не так? – спросил Гистий, которого разговор явно забавлял. – Разве люди – не создатели?

Аттик воздел руки к небу.

– Они создали только автоматов, а не все на свете!

– Ну а кто тогда их создал? Бог?

Аттик вздохнул.

– Интеллекты не верят в Бога. Людопсы тоже.

– Вы ошибаетесь, – с жаром ответил Эврибиад. – У людопсов есть боги. Солнце, море, рыбная ловля, смерть, наши предки, доблесть и любовь к нам наших супруг – вот наши боги, – перечислил он.

– Надо же, – ответил деймон, сопроводив свою фразу проницательным взглядом. – А зачем вам нужны эти боги?

– Они сопровождают нас, когда мы умираем, – с серьезным видом сказал Гистий. – Даже в космосе. Даже здесь, в этом забытом месте, – настаивал он. – Наши боги не видны. Они не для Интеллектов, которые пришли из других миров. Мы никогда о них не говорим, – добавил он, с упреком взглянув на Эврибиада.

– Это не секрет, – ответил тот. – Аттик же – наш друг. Продолжайте вашу сказку про людей, друг мой.

Они обменялись нерешительными взглядами. Недавний конфликт еще вспоминался болезненно, пусть кибернет пострадал не физически, его гордости нанесли удар.

Аттик пожал плечами и собирался ответить, когда прозвучал негромкий сигнал тревоги. Деймон встал и направился к кабине. На полпути он вдруг развернулся, словно ему только что пришла в голову идея:

– Последнее: мораль этой истории. Ваши боги лучше, чем боги людей. Не оскорбляйте их. Иначе вас разнесет по миру, и вы уже не сможете говорить на одном языке.

Отон начал свой рассказ с момента рождения в Золотом веке. Его жизнь началась в холодных и просторных пещерах естественного спутника изначальной планеты. И на свет он появился не автоматом – хотя это и не мешало ему быть Интеллектом. Вдобавок – единственным Интеллектом лунного происхождения.

Люди и ноэмы не слишком любили смотреть в ту сторону. Экологическая диктатура силой опустошила колыбель Человечества и приговорила выживших к ссылке. Последнее, что сделали диктаторы, прежде чем Res Publica Nova пала под ядерными ударами, – запустили комплекс автоматизированных орбитальных станций, способных уничтожить всякий приближающийся Корабль и в худшем случае, если защита откажет, превратить в стекло поверхность планеты. Жизнь продолжилась в этих местах, куда менее гостеприимных и более холодных, со скудным запасом воздуха, тепла и воды.

Но у инженеров Рима, никогда не скупившихся на чудеса, в запасе было пять веков опыта космических исследований. Скоро во всех концах огромного Лация, в который превратилась изначальная система, появились колонии нового типа: подземные – на холодных астероидах Пояса, подводные – в морях Европы и плавучие – в атмосфере Венеры. Они провели акведуки по красным пескам, чтобы вода забила из фонтанов новой столицы – Лептис. Они накрыли большой каньон алмазной крышкой, и глубоко внутри ветер мягко колыхал пшеницу.