За весь обратный путь со мной никто не заговорил, если не считать кратких команд. К счастью, в приграничном посёлке Птиц, куда мы приехали в итоге, был Варха. Он поздоровался и сообщил, что дальше отвезёт меня сам. Перебравшись из муравья Самейра в маленький паук, который вёл Варха, мы с Вархой наконец нормально поговорили.
— Он очень злится? — тут же спросила я, как только дверь паука захлопнулась.
Варха покачал головой, садясь за управление.
— Не знаю. Он всё равно уехал.
— Куда?
— Ты не слышала новостей?
— Со мной никто не говорил!
— Койю убили.
Я замерла.
— Как?..
— В Д-6. Талли предала. Мы заключили союз с Медведями, теперь вместе пойдём на Д-6. Нэйвин пока уехал к Медведям, остальные потихоньку поедут туда же.
Я промолчала. Я всегда ненавидела Койю и иногда в гневе желала ей зла. А теперь… Теперь мне было страшно обидно за эти порывы. Я как-то не задумывалась, что Койя в самом деле может погибнуть. И как ненавидеть человека, зная, что его путь конечен? Мне стало безумно жаль Койю. Но я всё равно не могла сказать, что хотела бы её возвращения, отчего было невыносимо, болезненно стыдно.
— Я и ещё несколько останутся с юга. Вот как раз тебя отвезу.
— Но ведь база…
— В Южном поселили твою сестру, подальше от границ. Тебя везу туда же.
— Сестру?..
Варха кивнул и рассказал мне историю с Медведями и республиканским пауком. Я заворожённо слушала. Так значит в объявлении была не совсем ложь?.. Ещё немного — и я увижу родную сестру?..
— Какая она?.. — выдохнула я.
— Старше тебя. Скоро сама увидишь.
«Скоро» получилось очень долгим. Варха тоже сейчас не хотел говорить — думаю, его обуревали похожие чувства из-за Койи. И всё же я не могла отдаться этим терзаниям, думая о встрече с сестрой. Неужели? Неужели я правда нашла семью? Но вдруг она совсем не похожа на меня, не похожа на мои представления о ней, если мы не поладим? И что будет с нами обеими? Она теперь рабыня, как и я?
А ещё мне было… стыдно, что ли? Перед Нэйвином. Нет, не за побег или что-то такое. Мне казалось, что это безумно несправедливо — то, что он потерял сестру, а я обрела. Я опустила голову и закрыла её руками. Я в этом не виновата! Почему же мне так плохо?
…Паук наконец остановился, Варха вышел и помог мне спуститься. Варха крикнул кому-то, чтобы позвали Темайю.
Я, дрожа от волнения, встала рядом с ним, оглядываясь. И когда из одного из домов вышла, неуверенно озираясь, светловолосая девушка лет двадцати, я не верила, что это она. Разве моя сестра не должна быть сильно похожей на меня? Тоже тёмненькой, что ли…
А девушка целенаправленно шла к нам, недоверчиво разглядывая меня. Когда между нами осталась пара шагов, она негромко, дрожащим голосом, спросила:
— Альва?..
И всё изменилось. Альва!.. Это имя прозвучало в голове
Вот почему я не узнала своё имя, когда услышала раньше — потому что Миальвен сокращают как Альва, а не как Мия!..
Перед внутренним взором одна за другой пронеслись мутные картины. «Альва! Оставь мне хоть кусочек!» — плачет Майя, а я уплетаю за обе щёки пирог с яблоком.
«Альва! Неправильно! Делай, как я!» — строго велит Майя, тыкая меня носом в кривой шов на наволочке.
«Альва!» — истошно кричит Майя, когда вдали проносится муравей Птиц. — «Не высовывайся! Сиди неподвижно!..» Я не слушаю, мне страшно, я вскакиваю и бегу…
Альва. Родное. Моё. Настоящее. Я заплакала, а через секунду повисла у Майи на шее.
…Мы с Майей поселились в этом доме вместе. Сложно было привыкать друг к другу — мы действительно были разными. Слишком много лет и бедствий разделяло наши жизни до сих пор. Мы притирались, изучали друг друга, но мы точно друг другу нравились. У Майи сохранилось несколько фотографий — она везла их с собой, когда на них напали Медведи, и Варха потом достал эти фото из кабины и отдал нам. Родители и совсем маленькие мы, наш дом, грядки, качели, уютная комната с печкой. А ещё я узнала, что в смерти родителей винила Птиц зря — мы уже были сиротами, когда Птицы напали на наш посёлок.
Иногда звонил Варха — спрашивал, как мы, и рассказывал новости. Новый союз собрал в себя не только Птиц и Медведей — к ним охотно присоединились ещё несколько кланов, и участь Д-6 и Серых решилась быстро. Майя сильно тосковала, волнуясь за своих соседей, и я утешала её, как умела; я знала от Вархи, что Нэйвин возвратился и война кончилась, но мне Нэйвин не звонил и увидеть меня не стремился. Меня не позвали и на похороны Койи, хотя я хотела там быть, надеясь примириться с ней хотя бы так.
Я знала, что Нэйвин сердится на меня за побег, но надеялась, что он быстро простит. Не получалось. Майя видела, что я волнуюсь, но о причинах я не могла рассказать даже ей.
