Дор вошел в покои и со злостью захлопнул за собой дверь. Его бесило сразу две вещи — почему он был так долго слеп и какой тьмы до такого додумался. Он подошел к окну и выглянул во двор. Он послал гвардейцев в порт, чтобы те задержали Альбу и ее мужа, но они пока не вернулись. Он не хотел отправлять ее в тюрьму и хотел подержать в темнице дворца, пока не прояснятся события. Несмотря на все свои поступки, Дор продолжал любить ее. Каждое воспоминание о ней было наполнено солнечным светом и надеждой. И он сам не понимал, как смог от нее отказаться, уступив Дамьяну. Да, он тогда был сломлен, чувствовал себя чудовищем, но все эти оправдания теперь ничего не стоили.
Дор прошелся по покоям и взглянул на часы. Куда запропастился Мариан? Кордия уже была во дворце, а где пропадал чародей, было загадкой. Он снова вспомнил слова Бальтазара о том, что они целовались и к лицу прилила кровь. Он ненавидел себя за слабость, которой стала для него эта ведьма. Каждый раз, когда он думал о ней, чувствовал себя сильным и в то же время уязвимым. Он знал, что между ними ничего не может быть, но это не мешало ему беситься и ревновать, чувствуя себя мальчишкой, влюбленным в самую неприступную леди.
Отсутствие Мариана задерживало Дору встречу с принцессой Диленой. Для разговора с ней он хотел взять с собой Лейфа, а чтобы тот смог выйти из своих покоев, чародей должен был снять печать с его дверей. После того, как он убил Мину, слугам было запрещено входить к нему по одному. Ему приносили еду только в сопровождении Мариана и гвардейцев. Такую странность для непосвященных объяснили болезнью, от которой Его Величество не смог полностью оправиться и заболел повторно. Дор знал, что даже представить себе не сможет, каких небылиц на этой почве насочиняют простолюдины. Да что они, светские люди тоже брезговать не станут, буду смаковать каждую деталь. А когда эта сплетня дойдет до мятежников… Вот тогда точно станет невесело.
В дверь постучали и прежде, чем он ответил «Войдите», в покои вошел Мариан. Волосы были растрепаны, одежда покрыта грязью. И, судя по озабоченному взгляду, приключения его не порадовали.
— Мне сказали, ты меня искал, — зевая, сказал чародей.
— Где тебя носило?
— Искал нашего печального Дамьяна, — плюхаясь в кресло, устало ответил Мариан. — Удача со мной не поехала, поэтому я вернулся один.
— Возможно, допрос Альбы поможет нам в этом, — вздохнул Дор, хотя сам не верил в это. Альба скорее умрет, чем предаст свою идею. — Думаешь, он еще жив? Что говорит твой шар?
— Почти ничего. А то, что показывает…Я не могу найти, — признался Мариан и провел рукой по лицу. — Так зачем я тебе?
— Надо поговорить с Лейфом, подготовить его к диалогу с принцессой. Будет странно, если ее стану высылать я, а не король, который должен взять ее в жены. И, честно говоря, я боюсь его самодурства и то, что он выкинет какой-то фокус… — Дор развел руками и посмотрел на чародея. Тот задумчиво рассматривал мысок своего сапога. Герцог вообще усомнился, что он его слышал. Может, мечтает о Кордии? — Мариан?
— Я все время думаю о пророчестве, — медленно проговорил чародей. — Оно было связано с зеркалом. Мол, оно убьет короля. Я перебрал много вариантов, но ничего не подтвердилось. Что я упускаю? Шар показывает мне дерево, снова и снова…И я не могу понять, при чем оно здесь?
— Дерево?
Мариан вытащил из кармана листок бумаги и протянул его герцогу. Тот торопливо развернул его и замер.
— За ним виднеется верхушка башни. Я объехал всю округу, но не нашел ничего похожего. А я думаю, что вряд ли они увезли его далеко… — продолжил говорить Мариан и замер, увидев выражение его лица.
— Я знаю, где это, — сказал Дор и не узнал собственного голоса. — Это дерево… Под его ветками мы с Альбой прятались, когда впервые поцеловались.
— Поехали! — вскакивая, крикнул Мариан.
Дор не отреагировал, рассматривая рисунок до боли знакомого места. Боль охватила его с головы до пят. Холодная, тянущая, словно чья-то рука из подземелья скрутила каждую его мышцу, бросив в прошлое.
— Надо поговорить с Лейфом и принцессой… — отрешенно проговорил он.
— Да в бездну Лейфа вместе с этой девкой! — проорал Мариан. — Если мы сейчас найдем Дамьяна — живым или мертвым, все это закончится! Идем же!
Чародей прав, герцог знал это. Но ноги были словно каменные, он не мог сделать и шага. Мариан ждал его, стоя в дверях. Его ворон, качающийся словно пьяный, глянул на герцога так, что у него перехватило дыхание. Ему стало страшно. Он знал, что, если они найдут Дамьяна, для Альбы все будет кончено. И для него тоже. Он тяжело сглотнул, заставив себя двинуться вперед.
— Нам нужно взять с собой генерала Клавеля, — деловито сказал Мариан, когда они шли по коридору. — Нужен свидетель, чтобы не вышло как в прошлый раз.
— Если он уже вернулся.
— Тогда Бальтазара.
— Я думал, ты принципиальней.
— Предпочитаю быть живым, чем принципиальным, — улыбнулся Мариан. — Это практичней. Долго ехать до этого волшебного места?
