Но прежде нужно набраться сил — как следует выспаться. Я глянула на часы — до ужина оставалось ещё достаточно времени.
Обитатели форта очень огорчились, не застав меня за обедом, зато за ужином меня ждало пристальное внимание. Мужчины будут спрашивать о свежих новостях с дальних рубежей, женщины замучают вопросами о модных в столице платьях.
Учитывая, что я появилась в костюме для верховой езды (в платье летать слишком уж неудобно, ветер и всё такое) и без багажа, любопытство дам грозило остаться неудовлетворённым. Впрочем, местные жительницы предпочитали одежду из тонких, лёгких тканей, и нередко ходили в брюках. Меня тоже снабдили чем-то наподобие.
Войнами я никогда особо не интересовалась, так что и мужчинам придётся оставить попытки узнать хоть что-нибудь новое.
Однако, вопреки ожиданиям, никто не мучил меня вопросами, скорее наоборот. Я спрашивала обо всём, касающемся взаимоотношений с аборигенами.
После ужина я попросила проводить меня к какому-нибудь пленнику — всё, что мне наговорили, казалось преувеличенным и совершенно не походило на правду.
Пленных держали в соседнем здании, выполняющим роль тюрьмы. С каменным массивом в Мэддорне оно не шло ни в какое сравнение, но со своей задачей справлялось.
Мы с сэром Дрендером зашли в одну из камер. На полу лежал измученный парень лет тридцати и немигающим взглядом смотрел в стену. На наше появление он никак не отреагировал.
— Оставьте нас, — приказала я.
— Но он не говорит на…
— Прошу, не беспокойтесь об этом. — Что за демоном я бы была, если бы не могла разговаривать на любом языке.
Мужчины пожали плечами, наверняка подумав что-то нехорошее, и вышли. Я присела рядом с парнем и подняла его голову. На смуглом лице — ссадины и кровоподтёки, один глаз, и без того по-азиатски узкий, совершенно заплыл.
— То, что делают эти люди, неправильно, — на его родном языке сказала я. Парень дёрнулся.
— Кто ты?
— Так ли важно? В твоём племени есть шаман?
Тхаомец кивнул.
— Где я могу его найти?
— Ты не поймёшь. Вы, белые, не умеете читать знаки, которые мы оставляем.
Знаки. Так-так. Парень уже сказал куда больше, чем ему следовало.
— Так где я могу его найти? — повторила я. В глазах полыхнуло фиолетовое пламя, пленный попытался отползти.
— Я не скажу.
— Тогда я заберу твой дух.
Парень затрясся. Я сверлила его взглядом. Наконец он не выдержал:
— Каждую третью ночь он поёт и стучит по дереву татадоа, растущему в воде. Если ты приложишь к любому из этих деревьев руку, то почувствуешь толчки. А если сумеешь услышать, то найдёшь шамана.
— И какая сегодня ночь?
— Третья.
Дерево татадоа. Как оно должно выглядеть? Впрочем, какая разница.
Я стояла по щиколотку в воде, держа в руках сандалии. Наверняка, если вибрируют деревья, то и земля тоже как-то на это отзывается. Однако под моими ступнями и так всё шевелилось и ползало, впрочем, кусаться не решалось.
В немом ожидании я провела часа два, прежде чем почувствовала лёгкие толчки. Сначала они были едва ощутимы, но по мере того, как все остальные ощущения отходили на второй план, толчки становились всё чётче. Теперь в них можно было разобрать ритм. Я прислушалась.
В тихой ночи да по воде песня шамана разносилась далеко, но всё же человек ничего бы не смог услышать.
Я взмахнула крыльями и полетела вверх по реке, лавируя между деревьями. Песня становилась всё громче по мере моего приближения. Вскоре я увидела шамана, колотящего по толстенному дереву палками с привязанными к ним камнями. Тяжёлые должно быть штуки — мышцы шамана так и ходили буграми под покрытой татуировками кожей.
Неслышно опустившись на воду за его спиной, я какое-то время наблюдала за столь странным способом пообщаться, а затем прошелестела:
— Хороший вечер.
Надо отдать шаману должное — он не подпрыгнул на месте и даже не вздрогнул, только медленно опустил свои орудия и повернулся. Увидел мою чёрную кожу, развевающиеся на ветру длинные тёмные волосы и, конечно, крылья размахом метров в шесть.
— Дитя ночи… — констатировал он. — Чего ты хочешь?
— Разве я не могу прийти просто так? — я побултыхала одной ногой в воде, а вторую поджала под себя.
— Ты появляешься только перед бедами.
— Возможно… но на сей раз я пришла всего лишь предупредить, что среди вас притаился… — я замолчала. Сам он додумает лучше меня.
— Твой лэохха? — его глаза расширились. Лэохха, он же проводник, он же исполняющий волю. Забавно.
— И не один, — я рассмеялась и взмахнула крыльями, взвиваясь в воздух. Пункт первый выполнен. Теперь требовалось просто подождать, когда они начнут искать моего несуществующего проводника. Хотя… я ведь могу инсценировать пару случаев "одержимости", тем более что способна принять любой облик.
И ведь шаман даже не заподозрил во мне "белую".
***