Почему он рисковал своей жизнью, чтобы освободить совершенно незнакомых ему людей? Быть может, этого парня в свое время не приняли в школу Добра и Зла и он решил таким способом сделать себе имя в волшебной сказке? Прочитал где-то о трениях, возникших в отношениях между Агатой и Тедросом, и воспользовался удобным случаем, чтобы «подбить клинья» к невесте короля Камелота?
«Прекрати во всем видеть плохое, как никогдашник какой-то, – одернул себя Тедрос. – А может, этот парень похож на меня и тоже просто пытается всеми силами помогать Добру в этом мире?»
Но сколько бы ни повторял себе Тедрос, что он должен быть благодарен тому парню, ничего не получалось. Он его ненавидел. Ненавидел за то, что тот сыграл роль, которую должен был сыграть Тедрос. За то, что тот попытался совершить по-настоящему добрый поступок, и ему это удалось. Удалось по-настоящему, на деле, не на словах. Ненавидел за то, что своим появлением тот парень выставил его, Тедроса, дураком.
Как теперь Тедросу доказать, что он законный король, если по Лесам разгуливает Змей, утверждающий, что Тедрос вовсе не король, а тут еще появляется какой-то Лев-самозванец и делает то, что должен был сделать сам Тедрос?! Гнев все сильнее разгорался в сердце Тедроса, бушевал, словно лесной пожар, а тем временем в юного короля отравленными стрелами впивались резкие фразы тех, кто сидел вместе с ним за Круглым столом.
– Так король вы или нет?!
– Кто он, тот Лев?
– Если вы боитесь сразиться со Змеем, Тедрос, тогда пускай он с ним сразится!
– ТИШЕ! – взмолился Тедрос.
Никто его не слушал.
Не выдержав, Тедрос зажег свой золотой указательный палец и начертил им огненную линию у них над головами, умудрившись при этом прожечь дыру во всех плававших по залу картах.
– ТИХО, Я СКАЗАЛ! – во всю мощь своих легких крикнул Тедрос.
Все, кто был за столом, притихли.
– А мне говорили, что в Камелоте запрещено использовать магию, – робко пропищала императрица королевства Путси.
У одной из прожженных карт оторвался нижний край и звучно шлепнул императрицу по голове.
– Послушайте меня. Змей лжет, – громко заговорил Тедрос. – Змей утверждает, что он старший сын короля Артура и законный наследник его трона. Если бы это было правдой, у моего отца должен был родиться ребенок, причем до моего появления на свет. Но мой отец познакомился с моей матерью еще в школе, потом женился на ней, и она родила меня. Отец не мог иметь другого сына. Во-первых, он очень сильно любил мою мать и никогда бы не изменил ей. Во-вторых, отец не смог бы сохранить существование старшего сына в тайне ни от женщины, на которой был женат, ни от меня, своего сына, которого от рождения воспитывали как наследника трона. В свои последние годы… Что бы ни происходило с моим отцом на закате его жизни, он всегда оставался добрым, справедливым и честным человеком. Вы все знаете, что это правда. Именно поэтому ваши королевства – и те, в которых правит Добро, и те, которые склонны к Злу, – всегда обращались к нему за помощью, если возникала какая-то общая угроза. Но есть и еще одно доказательство того, что Змей лжет. Давайте зададим себе вопрос: кто мог быть матерью этого так называемого «наследника»? Моя мать? Совершенно очевидно, что нет. Какая-то другая женщина? Но она бы давно уже кричала об этом на каждом углу, желая для себя денег и славы. И наконец: разве мог бы сын Артура, короля, который всю жизнь провел в битвах, защищая вас, начать сам сеять в ваших королевствах смуту или убивать моих друзей? Нет, Змей не сын моего отца. Змей не наследник отцовского трона, это ясно как день. И он не сможет вытащить Экскалибур из камня, – Тедрос перевел взгляд на стоящую возле двери Гиневру: – Правильно, мама?
Все, кто сидел за столом, повернули к ней.
– Конечно, – не задумываясь, ответила она.
За столом одобрительно зашептались, забормотали вполголоса. Тедрос вначале испытал облегчение, но это чувство моментально испарилось, как только он увидел, что его мать опустила глаза к полу, а ее горло дрожит от сдерживаемых рыданий.
«А может, тебе лучше спросить об этом у твоей мамочки? Она только прикидывается глупенькой серой мышкой, а на самом деле все-все знает…»
Но сейчас Тедрос краем уха уловил разговор между Ледяным Великаном и королем Кровавого ручья – они тихонько обсуждали, остается ли в силе указ о выплате вознаграждения за головы Гиневры и Ланса.
Тедрос окинул их испепеляющим взглядом и сказал:
