Нитроглицерин Химик сделал. Как глицерин изготовить, вычитали во французском журнале. Долго подбирали условия нитрования. Потом очень долго искали причину нестойкости. Оказалась, все та же. Надо тщательно промывать.
Прискакал гонец от трактирщика Алексея с запиской. Смит пишет, что одобрена выплата ста тысяч российских рублей ассигнациями.
— Что решил? — Спросил Егор.
— Сомневаюсь. Тебя как раз хотел спросить. Сначала предполагал послать ребят. Пусть разомнутся и поучатся. Но если просто деньги забрать, следующий шаг будет более жесткий.
— Тогда положим всех, кто рядом будет. И дело с концом.
— И что, не догадаются? Я сразу про бомбу подумал. И письмо подложить, что, мол, вот ваша взрывчатка и пояснения к ней, благодарю за покупку, мы рады видеть вас в нашем болоте. А то, что куски собирать будут, так это неосторожное обращение и нарушение техники безопасности.
— Так хорошо же придумал.
— Не решит проблему. Не отстанут. Мы сунулись в сферу безопасности и могущества государств. За любое реальное преимущество здесь не жалеют ни денег, ни жизней. Что такое для бюджета страны пристроить несколько человек под собственный присмотр, дать хоть каждому по сто тысяч? Ничто. Тут другая опасность. Если нельзя получить, надо сделать так, чтоб и у соперника не было. Вот чего я боюсь. Что-нибудь решится в английской башке, да будут засылать убивчиков. От каждого не убережешься.
— Пока на болоте сидят, ничего.
— В тюрьме еще надежней.
— Уж ты скажешь.
— Сделаем не так. Попрошу другие условия. Потянем время.
Я написал письмо мистеру Смиту, в котором выразил опасения своим положением и предложил произвести обмен на английской территории и за фунты стерлингов по курсу. Через неделю получил ответ, что очень благоразумно поступаю. Так надежней. И он еще раз убедился, что я порядочный человек. Время дорого, но они будут ждать моего прибытия в Англию. Все корабли заходят в Портсмут. Поэтому я легко могу там уйти. Но лучше всего отговориться посещением замка Карисбрук в Ньюпорте. Это местная достопримечательность. Там нужно обратиться к смотрителю замка с шифром, который прилагается в виде короткой записки с цифрами и буквами. Он устроит остальное.
В начале мая Васильев прислал письмо, что хлорированная вода все еще не протухла, что уже заслуживает срочного доклада на Коллегии. Гаврилов продолжает работу над другими видами порченой воды, которой весной в избытке. На мою просьбу об участии Петрова, можно предложить только место натуралиста, потому что Гаврилова обижать нельзя. Он очень старается. И пора прибыть в Кронштадт для погрузки наших вещей.
Я написал ответ, что Петров будет заниматься медицинскими исследованиями по предупреждению цинги новыми препаратами. Двум врачам точно скучно не будет, общий язык найдут. Если не удастся устроить вторую должность судового лекаря, то пусть хоть натуралистом идет.
С той же почтой Викентий Иванович написал мне, что назначен званый вечер по поводу отправки нашей экспедиции в начале июня. Мне быть обязательно.
Работа закипела. Ракет получилось только восемь штук. Две сделали с мелинитом, остальные с пироксилином. Их как следует залили воском, где надо. Для упаковки сколотили длинные ящики и забили стружкой. Установки разбираются, но труба тоже длинная. Для них схожие ящики, но пошире.
Когда дороги просохли к середине мая, моя команда стала собираться в дальнюю дорогу по-крестьянски: с проводами, слезами, котомками и молебнами. Лошадей с телегами пришлось докупать в Суличе и Костроме. Сено и овес для лошадок на отдельные возы погрузили. Обоз пойдет километров шестьдесят в день. Это в среднем. Когда удасться взять свежих лошадей, чуть больше. Когда их нет, меньше. Я назначил Петьшу старшим, денег дал, а сам с женой и Петровым пустился на почтовых.
Надо с Сергеем определиться и согласовать применение шиповника. Есть и другое дело. Меня уже ждет Шильдер. Первые скафандры поступили в войска. Но обученных водолазов пока нет. Энтузиасты самостоятельно осваивают, но мы написали в документации, что гарантируем безопасное применение только после обучения. Шильдер снял по протекции здание на окраине под офис. Теперь при Подводной компании центр подготовки, где Влас будет старшим преподавателем, а директором сам Карл Андреевич. Моя идея выдавать сертификаты и лицензии всем понравилась. Сейчас набирается первый класс из двадцати человек.
Первым делом после небольшого отдыха мы поехали туда. Двухэтажный дом возле пустыря, но уютный. Дорогу только отсыпать бы. Нас встретил Влас в сюртуке, с пышными усами и бакенбардами, с серебряной медалью «За храбрость и усердие». Весь май после схода льда натаскивал моих четверых парней отменного здоровья для водолазной работы. Всем от семнадцати до двадцати лет. Двое оженились. Но глаза горят, дальние берега манят. Казак мой тут полноправный хозяин. Сразу послал курсантов за угощением и самовар повелел ставить. Мы с ним долго беседовали:
— Вот как жизнь повернулась. Кем я был, когда с Урала убег? А теперь сам Государь простил и наградил.
