Пока одно за другим суда заправлялись углем, я боролся с самим собой, и постепенно рукопись моей книги начала расти. В середине декабря я едва начал, но к концу следующего месяца она была почти готова. Я практически бросил теннис и играл только в футбол, чтобы поддерживать форму. На острове было несколько хороших клубов, и поскольку местные жители с раннего детства привыкли играть босиком, они были ловкими игроками. К сожалению, они играли не так часто, как мне хотелось, и обычно между матчами проходило больше месяца, что мешало мне поддерживать форму.
Наконец, в начале февраля рукопись была закончена. Для меня было величайшей радостью снова заняться мельчайшей доработкой моей лодки; поскольку я стал обычным моряком, писательство было для меня настоящим трудом, в то время как я наслаждался сращиванием и оснасткой лодки. Совершенно самостоятельно — я не позволял никому помогать мне — я подготовил «Файркрест» к последнему этапу ее путешествия.
Я надеялся уплыть с Кабо-Верде ранней весной и таким образом воспользоваться сильными зимними пассатами до Азорских островов, где я рассчитывал встретить сильные западные ветры, которые дуют в сторону побережья Франции до июня. Я мог бы вернуться как раз к французскому теннисному чемпионату, к Уимблдону и, возможно, даже успеть принять в нем участие после нескольких дней тренировок. Но мне не повезло. Грот, который я купил в Нью-Йорке, давно выгорел под тропическим солнцем и к этому времени стал совершенно непригодным. В конце октября я отправил подробные и точные инструкции своему другу Пьеру дю Пакье в Гавр, чтобы он достал мне другой. Новый парус был должным образом отправлен из Гавра 8 декабря, но пропал, поскольку португальское судно, на которое его погрузили, затонуло у Порту вместе со всем грузом. Второй парус, заказанный почти сразу же, задержался в пути и дошел до меня только через два месяца после отправления из Гавра.
За исключением этого, «Файркрест» был готов к выходу в море, и я с нетерпением ждал этого момента. Наконец, в конце апреля, к моей большой радости, парус прибыл и, благодаря любезности португальских таможенных властей, был сразу же доставлен мне. Все мои инструкции были выполнены в точности, и он подошел идеально. Так что Firecrest снова вытащили на берег, а ее медную обшивку почистили и отремонтировали. Наконец все было готово, и я с радостью начал ждать нескольких месяцев плавания, свободных от всех забот и тревог, которые всегда неотделимы от жизни на берегу.
Перед отплытием мне посчастливилось сыграть в футбол. Я играл центральным нападающим против команды английского крейсера «Дурбан». Накануне отправления я сыграл за «Минделенсе» в финальном матче. Этот клуб, в котором было несколько темнокожих игроков, не считался лучшим на острове с социальной точки зрения, но без сомнения, обладал лучшим спортивным духом, играл в лучший футбол, и именно в нем я чувствовал себя как дома. В память о моем визите я подарил кубок, за который будут бороться две лучшие команды острова — кубок, который был моим первым теннисным трофеем, выигранным в детстве в Динаре. Мне посчастливилось забить победный гол.
В понедельник 6 мая, мои хронометры были отрегулированы и, взяв на борт печенье, рис и картофель, а также новый компас, который мне подарил один из торговцев на острове, я с радостью снялся с якоря в десять часов утра. На борт поднялись капитан порта Даниэль Дуарте Сильва и французский консул сеньор Сармьенто де Васконселос-и-Кастро. Расправив все паруса, я выскользнул из гавани под свежим ветерком, под приветственные сирены всех кораблей в порту и в сопровождении многочисленных верных друзей из футбольного клуба «Минделенсе». В это же время отплыл небольшой шлюп того же тоннажа, что и «Файркрест». Толпы людей собрались на пляже, чтобы посмотреть на моё отплытие и помахать мне на прощание. Ветер усилился, Firecrest накренился, пока его рея не оказалась полностью под водой, и я оставил маленький шлюп далеко позади, среди восклицаний удивления зрителей, которые были совершенно не привычны видеть лодки, плывущие с таким углом крена, как мой маленький старый узкий английский кутер.