Затаив дыхание, столпившиеся у края лужайки люди следили за ним. Многие молились, чтобы охваченный дымом и пламенем самолет не взорвался при приземлении. Как зачарованные, все прислушивались к ужасающему реву единственного мотора, работающего из последних сил.
Едва не зацепившись за верхушки деревьев, старый самолет дважды резко подскочил и, наконец, встал на колеса. К всеобщему удивлению, прежде чем остановиться, он прокатился еще полсотни метров. Наблюдавшие за посадкой не могли поверить своим глазам.
Заметив толпу, ринувшуюся к самолету, Питт выключил последний двигатель, посмотрел, как лопасти пропеллера замерли в вертикальном положении, и повернулся к Мэри. Но тотчас замер, увидев ее мертвенно-бледное лицо. Протянув руку, попытался нащупать пульс. Не найдя его, Питт стиснул зубы.
Запыхавшаяся Келли заглянула в кабину.
— Ты сделал это! — радостно закричала она.
— Дети? — отсутствующим голосом спросил Питт.
— Никто не пострадал.
Тут она увидела, что спинка сиденья Мэри изрешечена пулями. Заметив, как Питт мрачно покачал головой, Келли в ужасе застыла. Разглядев кровь на полу кабины, она все поняла, и ее лицо исказилось от боли.
— Почему? — только и смогла выговорить она. — Почему? Мэри не должна была умереть!
Отовсюду, с близлежащих улиц и из парка бежали люди. У кабины собрались тысячи человек, они кричали и махали руками. Но Питт никого не видел и не слышал. Он чувствовал себя совершенно опустошенным. От усталости он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.
Он сумрачно взглянул на Келли, которая тихо всхлипывала, закрыв лицо руками:
— Тот, кто летел в «фоккере», убил не только ее. На его совести много других безвинно загубленных жизней.
— Все это так нелепо, так ужасно, — плакала Келли.
— Это работа «Цербера», — тихо произнес Питт. Его слова потонули в раздававшихся снаружи криках. — Я отыщу его даже в аду.
После того как врачи обработали шишки и синяки, полученные во время драматического полета, дети вернулись к родителям. В это время Питт стоял рядом с убитой горем Келли, наблюдая, как выносят из самолета тело Мэри Кон-рой. Самолет оцепили, а Питта и Келли проводили к машине, чтобы отвезти в ближайшее полицейское отделение для допроса.
Прежде чем сесть в машину, Питт обошел свой самолет, удивляясь количеству нанесенных ему повреждений. Каким-то чудом он продержался в воздухе, позволив Питту посадить его на луг. Он осмотрел пробитый пулями хвост, аккуратные дырочки в верхней обшивке крыльев, разбитые головки цилиндров на двух двигателях, над которыми еще клубился легкий дымок.
Положив руку на колесо, Питт пробормотал:
— Спасибо тебе, дружище.
Потом он спросил у дежурного полицейского, не могли бы они остановиться у обломков «фоккера» до того, как направиться в управление. Тот кивнул и указал на ближайшую полицейскую машину.
Висевший на вязе в двадцати футах над землей, красный «фоккер» выглядел как покореженный воздушный змей. Подогнав к дереву лестницу, пожарные осматривали покалеченный самолет. Выйдя из полицейской машины, Питт подошел поближе. Он остановился поддеревом, где на траве лежал разбитый двигатель. Питт удивился: это был не модернизированный аналог, а оригинальный обертовский девятицилиндровый двигатель мощностью в сто десять лошадиных сил. Потом заглянул в открытую кабину. Она была пуста.
Осмотрев ветки дерева, Питт затем изучил землю под самолетом. Среди оставленных пилотом вещей оказались летная кожаная куртка, шлем и очки. Линзы были запачканы кровью. Каким-то образом пилоту удалось исчезнуть.
Пока полицейские допрашивали Келли, Питту разрешили связаться с местным отделением компании по обслуживанию самолетов и договориться, чтобы машину разобрали и переправили в Вашингтон. Там она попадет в руки реставраторов, которые вернут ей первоначальный вид. После этого Питт позвонил Сэндекеру и доложил о происшедшем.
Сделав все звонки, Питт спокойно уселся за пустой стол в полицейском участке и принялся разгадывать кроссворд. Когда Келли вышла, он обнял ее, усадил на скамью, а потом вошел в кабинет, где за обшарпанным дубовым столом сидели четыре детектива.
— Мистер Питт? — уточнил мужчина с тонкими усиками. На нем не было пиджака, и он носил узкие подтяжки.
— Да, это мое имя.
— Инспектор Марк Хакен. Мы с коллегами хотели бы задать вам несколько вопросов. Вы не будете возражать, если мы запишем наш разговор?
— Конечно.
Хакен не стал представлять остальных трех человек, находившихся в комнате. Они не походили на полицейских, какими их принято показывать по телевизору. Скорее они были похожи на обычных людей, которые стригут свои газоны по выходным.
Он начал с того, что попросил Питта коротко рассказать о себе, о своей работе в НУМА и, наконец, объяснить, почему он привел свой старый самолет на воздушное благотворительное шоу для детей-инвалидов. Затем детектив попросил подробно рассказать о полете.
Пока Питт детально описывал все происшедшее, начиная с того момента, как он взял на борт детей, до приземления в Центральном парке, другие детективы делали записи, время от времени задавая уточняющие вопросы.
