Главное, самой пулю не схватить, пока найду этого идиота.
Вспышки, дым, запах пороха, крики, звуки борьбы. Мы застали их врасплох.
Сомнений нет — Алёхин всё знал. Знал, про нас с Дёминым. Как лохушку одурачил, сукин сын.
Кое-как добралась до машины Дёмина, обошла её, и на меня тут же направили пистолет.
— Стой! — подняла руку вверх и сняла маску с лица.
— Блять! Какого хрена? — спросил Марат.
— Вот такого, — раздался выстрел, и мы присели. — Нам… — начала я.
Но вспомнил про наушник в ухе. Чёрт, совсем мозги не работают. Сделала знак Дёмину, чтоб молчал, и вытащив предмет из уха, бросила под ноги и наступила на него.
— Нам нужно выбираться…
— Там товар, — запротестовал он, вставая на ноги.
— С дуба рухнул? — зашипела.
— Если я его потеряю, вот это всё покажется мне игрой, — проговорил и я заметила, как по его лицу стекал пот.
— Дёмин… — договорить я не успела.
Выстрел — и Марат застыл с каменным лицом. Белая рубашка начала окрашиваться в красный. Время застыло, а заодно и моё сердце.
***
Рита.
Взяла себя в руки. Резко повернулась, и выпустила три пули в одного из своих.
Чёрт!
На этом всё, я больше не своя.
Сделала шаг к Дёмину, поймала его тело до того, как он свалился на бетонный пол, но сил хватило только чтобы не дать ему ударится головой.
— Боже! — начала я шипеть. — Сказал же, мать твою! Говорила не высовываться. Какого фига ты здесь?!
Он не отвечал. Бледнел на глазах, и меня начало трясти.
— Умрёшь, и я тебя на том свете достану!
Время поджимало, мне нужно вывести его отсюда, как можно скорее. Отцепила с жилета шашку и бросила её через машину. Открыла заднюю дверь и кое как уложила Дёмина на заднее сиденье. Села за руль, открыла окно и стала стрелять по всем. Плевать на всё.
Сдала назад и выехала со склада. На улице ещё два солдата попытались преградить мне путь. Выстрелила им по ногам — те упали, а я дала по газам, уезжая подальше отсюда.
Отъехав на достаточное расстояние, стала прикидывать в голове, куда его везти да побыстрее.
В голове всплыл только Миша.
Набрал его номер, бросая взгляд на Дёмина. Грудь поднимается, значит ещё жив. Такого страха я никогда не испытывала, но в панику вдаваться нельзя. Не сейчас.
— Рита, соскучилась? — протянул Миша в трубке.
— Мне нужна помощь. Срочно! — не стала тянуть.
— Говори! — сказал он.
— Приезжай туда, где мы впервые встретились.
— Понял.
Отключилась. Я не уверена, но вполне возможно, что мой телефон прослушивают. Лучше не рисковать. Да блин! О чём это я?! Я и так в полной заднице уже.
Так! Об этом потом, Рита!
Набрал номер Толи.
— Алло! — голос друга напомнил о том, кто я такой.
Был!
Рита Кирова, полицейская в третьем поколение и одна из лучших в своём деле — умерла.
И ради чего? Любви?
— Мне нужен Лекс, — сказала я другу. — Горит.
— Блять, куда ты влезла опять? — спросили на том конце провода.
— Не сейчас, — я ехала с бешеной скоростью, не обращая внимание на гудки и недовольных водителей. — Где с Мишкой познакомились, помнишь?
— Помню, — с выдохом ответил он.
— Встретимся там. Лекса забери. Это вопрос жизни и смерти.
В тот момент, когда я остановилась в назначенном месте, меня уже ждали. Я вышла из машины и открыла заднюю дверь.
— Помоги, — кивнула Толе, и он подошёл ко мне.
— Ты охренела? — спросил друг зло и немного удивлённо. — Совсем крыша едет?
— Я объясню. Потом. Давай быстрее, он еле дышит, — Толя больше ничего не сказал, за что я ему благодарна.
Толя и Миша перевели Марата в машину ко второму, и мы сдвинулись с места, оставляя автомобиль Дёмина на обочине. Я села на заднее сидение, с головой Марата на своих бёдрах. Держала руку на его пульсе и кусал свои губы от нервов.
Если не успеем…и думать не хочу
***
Рита
Час сижу в квартире Миши и наблюдаю за манипуляциями Лекса. Он разорвал окровавленную рубашку на Марате, вылил на его живот дезинфицирующее средство. Достал свои инструменты и стал ковыряться ими в теле Дёмина. Крови было столько, я уже думала, что он умрёт от потери.
Лекс — он же Алексей Мартынов, военный врач. Он был с моим мужем и его командой, потом с мной, когда я заняла место мужа везде, правда всегда ждал нас в убежище, где мы жили во время спецопераций. Подлатал каждого из нас, некоторых с того света вытащил, когда мы тащили раненных и едва дышащих солдат.
Выкурила, наверное, пачку сигарет за этот чёртовый час. Руки трясутся, как у алкаша, голова разболелась, а в груди жжёт. От страха по спине стекает холодный пот. Смотрю на бледное лицо Дёмина, неподвижное тело, закрытые глаза, и к горлу комок желчи поднимается.
Говорят, что начинаешь что-то ценить по-настоящему, только когда теряешь.
Нет!
Сейчас, в это, чёртово мгновение, ты смотришь и понимаешь, насколько этот человек важен для тебя. Какую роль он играет в твоей жизни. Сколько места он занял в твоей душе.
И вроде бы не так много времени прошло с тех пор, как связалась с ним более тесно. Но понимаешь, что для того, чтобы зародились чувства — много времени и не нужно.
Ты ничего не решаешь. Это не в твоей власти. Он просто входит в твою жизнь и пускает корни в твоей душе. Питает тебя жизненной энергией, силой и… желанием.