Но Дёмин толкнулся бёдрами вперёд, призывая к более решительным действиям. Решила не заставить ни его, ни себя долго ждать и сомкнув губы на головке, я опустилась, пока не упёрлась носом в его пах, заставляя ноги мужчины дрожать от удовольствия. Я сосала, причмокивая, лизала головку, рисовала замысловатые узоры вокруг. Проводила языком по всей длине, всасывала яйца и помогала себе рукой.
Марат запрокинул голову назад, закрыл глаза и наслаждался моим минетом, от которого я сама текла как сучка. Впилась пальцами в его бёдра и ускорила движения головой. Насаживалась ртом на его член всё резче и страстнее, стоная от удовольствия.
Резко остановил меня, схватил за плечи и толкнул на мягкий матрац.
— Моя очередь, дорогая, — он просунул руки под мои колени, потянул к краю лежака и развёл ноги в стороны. — Наказать тебя за недоверие. А ревность оно и есть.
Не стал церемониться и одним резким толчком вошёл в тугое отверстие, шлепнув яйцами о мою задницу, и из его груди вырвался гортанный рык.
— Сука! — выругался Марат. — Каждый раз, как первый, — наклонился и поцеловал. — Люблю, блять, тебя до одури, — прорычал он и выпрямился.
Начал вколачиваться в меня, как озверевший. Голодный хищник, что долго гонялся за своей жертвой и, наконец, поймал. Сжимал мои бёдра, кусал мои губы и говорил, как ему хорошо. Сбитое дыхание, тела в поту, бешено колотящиеся сердца, кровь кипит в венах. Пошлые шлепки голых тел, запах возбуждения витает в воздухе, шум воды и лунный свет, позволяющий созерцать довольное лицо Марата. Кончили одновременно с именами друг друга на языках. Содрогались и дрожали. А потом Марат навалился на меня всем своим весом, я обняла его влажное тело, слыша громкий стук его сердца и учащённое дыхание.
— И я тебя люблю, — кажется, я впервые сказала это прямо.
Марат
Отпуск пошёл нам на пользу, мы оба — отдохнувшие, загорелые и довольные. За всё время, что мы вместе, столько не трахались, как за эти две недели. Чаще всего ночами на пляже. После этого отпуска я точно решил, что мы купим дом на каком-нибудь острове. Будем метить территорию: трахаться на каждом углу.
— Шеф, — окликнул Серёжа, приехавший по моей просьбе.
Не могу приказывать, этот парень слишком много сделал, чтобы считать его моим… слугой. Он заслуживает уважения.
— Привет, Серёж. Как у нас обстоят дела? — рукой показал на кресло в моём кабинете, и он сел напротив меня.
— Если ты о клубе, то всё нормально. Остальное извини, я уже ни при делах, — развёл руками.
Он прав, когда вся эта хрень с ФСБ случилась, я сказал ему никуда не влезать и заниматься исключительно клубом, он и так на него записан.
— Я, собственно, поэтому тебя и позвал, — Серёжа напрягся, явно ожидая плохие новости. — Клуб и так твой по документам, я хочу предложить тебя взять его себе полностью.
—Это как? — округлил глаза он.
— Очень просто, Серёж — доход с него твой. Если ты, конечно, хочешь, — посмотрел внимательно на него.
—Это …неожиданно, — голос неуверенный, а глаза светятся.
— Чем ты вообще хотел заниматься до того, как ко мне попал?
Никогда не интересовался его жизнью, да и в принципе ничьей. Меня мало волновала чья-то жизнь, было плевать на всех, кроме себя. Пока одна чертовка не появилась на моём пути и не перевернула всё вверх дном.
Серёжа врезался своим старым фордом в мой «Ролс Ройс», разбил мне бампер и задолжал крупную сумму денег. В то время у меня разговор короткий был: или отрабатывает, или не жилец. Потом он втянулся и сам уходить не решался. Я бы его и не отпустил, слишком смышлёный он оказался.
— На собеседование ехал в университет. Преподавателем надеялся стать.
Я открыл рот от удивления.
— Ожидал что угодно, но точно не это, — мотнул головой и усмехнулся. — Сколько тебе лет вообще?
— Двадцать восемь, — его лицо сияло, видно было, что такой расклад его устраивает, даже более чем.
— Всё ещё впереди, — кивнул я одобряюще.
Он обычно тихий, к тому же хороший стратег, на рожон без веской на то причины не лезет, но если надо и если его разозлить, то можно хорошенько отхватить. Все три года, что он со мной, из зала почти не выходил, «профессия» того требовала. Всегда нужно быть наготове. Серёжа из хилого парня стал вполне себе здоровым мужиком.
— Конечно.
— Так что, забираешь клуб или пойдёшь преподавать? — спрашиваю, но не представляю пока его в роли профессора.
— И то и другое, — с улыбкой ответил он. — Мой отец был доцентом, и я обещал ему преподавать.
— Что же, желаю удачи. Если что, всегда можешь ко мне обращаться, — я встал и протянул ему руку. — Лучше тебе не светиться больше рядом со мной, не могу гарантировать, что до тебя и так не доберутся те, кто тебя знает, но дальше лучше избегать встреч, пока я не выйду полностью из всего этого.
— Спасибо, — искренне поблагодарил. — И вам удачи, — развернулся и вышел.
Я остался копаться в бумагах, Рита всё равно поехала в один из моих домов, кое-что забрать оттуда.