В какой-то момент сердце кольнуло, появилось чувство: что-то произошло. И я не ошибся. Звонок на мой телефон и голос, что известил меня о происшествии, ввёл меня в ступор и взбесил до скрежета зубов.
***
Марат
Виноватый и взволнованный голос Вовы по ту сторону трубки, не предвещал ничего хорошего.
— Что случилось? — спросил хриплым и злым голосом.
— Нас окружили… пришлось остановиться, мы никак не могли предотвратить это…
— Говори! — рявкнул я, вставая с кресла.
— Риту Валерьевну арестовали, — его слова прозвучали, словно битой по лбу огрели.
Сердце кольнуло тупой болью от осознания, куда её повели. Она и неделю не выживет там. Бывшая ментовка, что предала службу. Даже такую, сильную с виду, как она, сломают.
Сорвался с места, как ужаленный, щёлкнул пальцами, подозвав к себе одного охранника.
— Возьми всех! — приказал и двинулся к одному из внедорожников.
Рвался сам за руль садиться, но понимаю, что это плохая идея.
— Что сказали? — спросил Вову, что был ещё на связи.
— Выставили оружие на нас и предупредили ничего не предпринимать, что им нужна только Рита Валерьевна.
— Ясно, — отключился. — В управление, — коротко бросил я. — И быстрее.
Смотрел в окно, дёргал ногой и кусал пальцы, прикидывая в голове, как быть.
Что они хотят? И какого хрена они нарушили наше соглашение?
И думать не хочу, что со мной будет, если Рита застрянет там или… её убьют. А её точно убьют.
Сука!
Бомбу бы в это здание бросить, чтобы стереть всех этих тварей с лица земли.
— Приехали, шеф, — вернул Саша в реальность.
Выпрыгнул из машины и быстрым шагом зашёл в управление, понятия не имея, куда идти.
— Где главный? — вцепился в локоть одного мудака в форме.
— По коридору направо, — выпалил он.
Еле сдержался, чтобы не вышибить дверь с ноги, но стучать уж точно не буду.
— Какого хрена? — прорычал я, опираясь о стол, за которым сидел Новиков.
— Здравствуйте, Марат, — этот сукин сын аккуратно поставил ручку на стол и откинулся в кресле. — Какие-то проблемы?
— Охренел, Новиков? — наклонился к его лицу. — У нас был договор, какого чёрта ты его нарушил?
— Приоритеты изменились, — как ни в чём не бывало сказал он.
— Выпусти её немедленно…
— Не могу.
— Что, блять, значит не могу? — зло зашипел и вцепился в ворот его рубашки.
— Дёмин, ты себе не помогаешь, — опустил взгляд на мои кулаки, пришлось убрать их от этой скотины.
— Чего ты хочешь? — тяжело выдохнул и от безысходности сел напротив него.
— А что ты ещё можешь мне предложить? — противно улыбнулся и скрестил руки на столе.
Задушить бы его или пристрелить, как Алёхина. Но, блять, пришлют другого и так дальше, но я же выхожу из дел. Почти уже вышел, остались формальности, и уезжаю нахрен из города и вообще из страны. И на тебе, блять.
— Не трахай мне мозги, говори прямо, — раздражённо выдал я.
— Хорошо, — хитро усмехнулся и продолжил. — К сожалению, ни-че-го, — протянул он. — Кирову ничего не спасёт уже. Что бы ты не делал.
Оглушил. Закрыл мне рот и все возможности. Денег уж точно не возьмёт. Остаётся только одно, Рита, конечно, не простит и будет проклинать меня на чём свет стоит. Но она в тюрьме не выживет. Её сначала тут свои забьют, а когда её переведут, то… блять!
— Я понял, — кивнул больше себе чем ему. — Ты конченый сукин сын, Новиков, — мотнул головой.
— И это мне говорит тот, кто, продавая наркотики, заработал себе на две жизни.
— Не стоит блистать своими знаниями о моих счетах.
— У вас всё, господин Дёмин? — издевательски спросил он.
— Нет, — недовольство во мне зашкаливало, но выбора нет. — Я готов сдаться вместо Риты.
Рита
Эти твари специально запихнули меня в камеру с теми, кого я не раз ловила на горячем.
Спина ноет от ударов, губа рассечена, запястья жжёт от наручников, что эти «служители закона» застегнули слишком туго.
— Сопротивление при задержании, — повторяли они, пока шли к камере.
Я даже не пискнула, когда они нас окружили, не хотела, чтобы парни из охраны пострадали, да и сопротивляться было бы бесполезно, они были в приоритете. И в любом случае, зачем оказывать сопротивление, всё равно бы это случилось, что бы там не говорил Марат, но я знала, что этот день придёт.
—Вот это подарок, да, Сиплый? — раздался хриплый от курения голос.
Меня затолкнули в камеру, и я, сдерживая стоны, села на деревянную скамейку, прислонилась к стене, скрестила руки на груди и закрыла глаза.
Несмотря на то, что я женщина, я всё же была сотрудником полиции, разные случае были, но отвыкла от побоев, и от тянущей боли после них. Немного, но мирная жизнь пришлась мне по душе, как и моему телу.
— Новый год, никак иначе, — ответил Сиплый. — Мы ведь ждали этой встречи, Бес.
Эти двое, мелкие воры, но личное дело толщиной с красный кирпич у обоих. Их не раз ловили, оба отсидели по два срока за всю их мерзкую жизнь. Лично я за то время, что работала в управлении, взяла их на мелких кражах. Естественно, откупились, якобы под подписку о невыезде. Уверена, сейчас их специально задержали, Бес не раз обещал мне расквитаться.
Делаю вид, что не слышу, сама в драку не полезу.
— Слышь, — Сиплый пнул меня ногой. — Ты чё расселась?