Хозяин долго стоит на месте и не шевелится. Кажется, не дышит. Грудная клетка практически не поднимается и не опускается. Я думала, он снова не ответит, однако из его уст громко и четко звучит:
– Нет.
Значит, под маской Крис? Значит, он предал меня и унизил?
– Помнишь, как я наказал тебя в прошлый раз, когда ты пришла на запретную территорию?
Помню. От его «наказания» мурашки бегают по коже. Однако я не уйду отсюда и не улечу мысленно в прошлое, где мне дарили сумасшедший оргазм. Мне нужны ответы.
– Что, снова будешь шлепать? Давай, вперёд, я потерплю.
– Потерпишь? В прошлый раз тебе понравилось.
– Вряд ли.
Я думала, он станет спорить, но между нами снова возникает тишина. Очень напряжённая и натянутая, как струна, готовая вот-вот лопнуть под нашим противостоянием.
– Ты должна мне довериться, Аманда. Тогда я расскажу тебе правду.
– Я уже доверилась, ничем хорошим это не закончилось.
– Ты обязательно все узнаешь, но не сейчас.
Опять? Он издевается? Злость на этого незнакомца наполняет меня до краев, она готова вот-вот вылиться из чаши моего терпения прямо на него. Я не знаю, кто там под маской, но мне уже плевать. Тот охранник или Крис? Плевать. П-Л-Е-В-А-Т-Ь!
– Правда? А когда? Ты вечно говоришь, что я узнаю все не сейчас! Я устала!
– Аманда…
– Ты не рассказал об этой комнате, говорил, что покажешь сам позже, не сказал, сколько я пробуду здесь, не рассказал, кто ты. Черт возьми, ты не дал мне поговорить с папой! Ты лучше меня знаешь, как мне важны родители и как я их люблю, несмотря ни на что!
– Если ты успокоишься, я расскажу тебе все, – цедит он жестче.
Однако успокоение не спешит ко мне в гости и не уменьшает количество злости в моей чаше терпения. Кажется, вот-вот деревянный стол не выдержит и пойдёт трещинами от того, как сильно я его сжимаю.
– Ты расскажешь мне все, без исключений.
– Рано.
– Я сама решу, когда рано, когда поздно.
Он шумно выдыхает и подходит ближе. На этот раз я его не отталкиваю. Зря. Он встает вплотную ко мне, дав почувствовать свой неповторимый аромат. Я вдыхаю его, едва сдерживаюсь от того, чтобы не прикрыть глаза от наслаждения. Решительность и долгое ожидание сильнее всего. Не отвожу глаз от его плавных движений в ящик стола, который был закрыт. Его пальцы в черных перчатках достают конверт и вытаскивают оттуда еще несколько снимков.
Они из той же серии, что и предыдущие, где я обнимаюсь с телохранителем. Только на них мы не просто обнимаемся, а страстно целуемся. Они прижимал меня к пальме, скрестив руки на моей талии, а я притягивала его за шею, вцепившись в загорелую кожу.
Мы были в очках, сложно представить, что это действительно я и он. Ощущение, что мы маскировались от окружающих, но здесь я четко узнаю себя.
– Откуда эти снимки?
– Это лето после школы. Ты сбежала с выпускного ради этой поездки.
– Я? Сбежала?
Он кивает головой, пока я пытаюсь прийти в себя после этой новости. Ах да, после того как я сбежала от родителей в Калифорнии, не удивительно, что сбежала и с выпускного. Но почему?
– Расскажи мне.
И он продолжает рассказ, повергая меня во все больший шок.
