Небо затянули серо-желтые тучки, набережная была пустынна и я смотрела на окружающий меня мир, словно увидела впервые, ни о чем не думая, а только созерцая. Завитки старинного каменного парапета повторяли завитки волн, вода была насыщенного синего цвета, небо еще не успело заразить ее своей серостью. На противоположном берегу реки дома стеснительно выглядывали из-за крон деревьев, глядя на меня глазами окон. Холод почти не досаждал – я так увлеклась пейзажем, что не чувствовала собственное тело. Работа, домашние хлопоты загрузили мою жизнь настолько, что я не гуляла вот так уже очень долгое время. Примерно, со смерти Макса.
Я помотала головой, сейчас мне не хотелось думать о том, как я его потеряла. Пусть мысли будут о том, какое счастье он мне подарил.
Плеск воды успокаивал. Шум машин был почти не слышен тут, набережная лежала параллельно оживленному проспекту и находилась в нескольких кварталах. Утром переживала, что начнется дождь, но сейчас я этого даже хотела. Хотела бокал красного вина, плед и террасу любимого кафе. Ветер швырнул волосы мне в лицо, они едва не попали в стакан, и я засунула их за отворот платья на спине. Все казалось мне неторопливым. Река, поглощающая мою усталость, город, запах кофе. Кожа покрылась мурашками уже не от холода, а от острого чувства удовольствия и умиротворения. В воздухе витал запах ранней осени – пахло листьями, специями и корицей, река пахла остро и пряно – илом, водорослями, яхтами, пришвартованными у причала. Я присела на лавочку, но тут же подскочила – лавочка была холодной. Натянув платье как можно ниже, я все же села и закрыла глаза. Под веками начали скапливаться слезы, чувство было мягким и тянучим, как шоколадная паста. Я могла вдыхать только резкими маленькими глоточками от чувства грустного счастья. Когда стакан опустел, я выбросила его, собираясь встать и найти, где же мне все-таки перекусить, но минуты тянулись, а я все сидела с закрытыми глазами, не смотря на то, что холод становился все назойливее.
Неожиданное тепло меня напугало, прервав связь с рекой, осенью и холодным ветром. Я открыла глаза. Алекс плотнее запахнул на мне свой пиджак. Вишневая рубашка идеально подчеркивала широкие плечи и узкую талию. Меня окутал запах его парфюма с нотками кожи салона машины. От Макса часто пахло так же, и мысль об этом немного отрезвила меня. На скамейке рядом стояла картонная подставка с двумя стаканчиками кофе.
– Девушка в той кофейне любезно подсказала мне, какой кофе ты брала. Я решил взять тебе его снова, чтобы не прогадать. Но если хочешь, можешь взять флет – вайт. Он протянул мне подставку.
Я чувствовала себя как героиня дурацкого сериала о любви.
– Ты какого черта тут делаешь?
***
Она выглядела шокированной. Еще бы. Мы столько времени прожили в этом городе, наши дочери были лучшими подругами, но мы даже не подозревали о том, что находимся так близко. А теперь судьба сталкивает нас вот так, лицом к лицу, словно смеется над годами разлуки.
–Не ругайся, тебе это не идет, – я улыбнулся совершенно против воли, а она взвилась.
– Ал, ты…
– Тшшш, – я ее перебил и указал на реку. Рядом с этой женщиной мне хотелось тишины. Внутри все бурлило, мысли путались, я не знал, как стоит вести себя. Фро, наконец, взяла свой кофе, я поморщился. Как и раньше, я не понимал, как можно пить эту химозную гадость, она полностью перебивает вкус кофе. Флет – вайт был довольно неплохим и я не пожалел, что оставил щедрые чаевые. Нужно будет запомнить эту кофейню.
Когда я подошел, она выглядела такой умиротворенной, я даже решил, что она уснула. Додумалась же, гулять в одном платье в такую погоду.
– Мой пиджак остался в машине, я решила не возвращаться за ним.
Я выругался про себя. Думать вслух стало дурной привычкой. Я наслаждался ее присутвием и запахом, не хотел ни о чем думать, ничего вспоминать, но Фро была как на иголках. Я не хотел нарушать молчание. Мы молчали, пили кофе и смотрели на реку. Ее стаканчик опустел первым, она выкинула его и встала.
– Спасибо за пиджак, мне пора.
Я одним глотком допил свой кофе и тоже поднялся. Как и раньше, макушкой она едва доставала мне до подбородка. Когда Фро попыталась скинуть пиджак, я перехватил его и снова ее укутал.
– Не торопись. Я звонил Эмили, когда вышел из кофейни, они там еще часа на три, не меньше. Мы вполне можем найти уютный ресторанчик и перекусить. Если ты, конечно, не хочешь избавиться от моей назойливой компании, – я знал, как бурно она реагирует на мои подначки.
Фро задумалась, прикусила губу. Как много привычек осталось у нее с тех пор, она так же хмуриться, закусывает губу и отводит глаза. Ее руки совсем не постарели, а вот глаза стали усталыми. Мой взгляд невольно упал на ее тонкие ключицы – и от удивления мои брови поползли вверх – она носила сову. Ту самую… Странное чувство, я не сразу понял, что это нежность, осветило меня, как солнце освещает цветной витраж.
***
О чем с ним говорить? О детях – как будто мы пара скучных стариков? О политике, литературе, биржевом рынке? О чем, черт возьми?
