Рискуя свернуть себе шею, пересекая Коламбус-секл, покачиваясь в седле по причине отсутствия практики и напряженных от алкоголя мышц, она въехала в парк. Попасть в парк было все равно что попасть в другой мир. Суета и шум транспорта отступили, сменившись детским смехом, звуком глухих ударов кожаного мяча, отскакивающего от бейсбольной биты, и веселым шумом проносившихся со свистом роллеров. Поверх верхушек голых деревьев еще можно было рассмотреть нагромождение домов, столпившихся вокруг парка, чтобы получше разглядеть крошечный прямоугольник драгоценной зелени. Леденящий ветер, дувший ей в лицо, уносил прочь липкую паутину, опутавшую ее мозг, и голова постепенно прояснялась. Господи Боже, то, что произошло вчера, было ужасно. Во-первых, вся эта авантюра с Мартой и Гленом, которые исчезли бог знает куда, во-вторых, внезапно появившийся Дэмиен — все это больше было похоже на шоу Девида Копперфильда, чем на свадьбу.
Она чувствовала себя ужасно неловко по отношению к Дэмиену, особенно теперь, когда между ним и ее гневом было приличное расстояние. Допустим, Дэмиен по-своему пытался быть честным. Допустим, бриллиантовое кольцо было весьма дорогим подарком на память, а не какой-то дешевой безделушкой. Наверное, ей все же не следовало так себя вести. Конечно, Дэмиен был лжецом, неверным мужем и отчаянным повесой, но, в конце концов, он был не так уж и плох.
Ее ноги нашли давно позабытый ритм, и она стремительно ехала в центр парка с твердым намерением оживить разбитое тело. Она проезжала мимо ленивых туристов в ярко раскрашенных каретах, которых возили по парку унылые лошади, в тысячу первый раз идущие по одному и тому же маршруту. Каток был заполнен семействами, упакованными в шерстяные шарфики и рукавички; неуклюжие дети наивно думали, что их не менее неуклюжие родители смогут прокатить их по гладкой ледяной поверхности без особого риска для жизни. Внезапно Джози ощутила резкий приступ одиночества. Быть одинокой и самодостаточной — это, конечно, здорово, но разве делить все эти маленькие удовольствия с кем-то еще не было одной из самых главных радостей жизни? Ей нужно было как-то оборудовать заградительные барьеры, чтобы никто больше не проник внутрь защитного панциря, чтобы найти там спрятанную настоящую Джози. Лучше ли любить открыто и свободно, постоянно рискуя тем, что тебе могут причинить боль, чем никогда более не отважиться на подобные эмоции и тем самым лишить себя столь прекрасного чувства? Она посмотрела на деревья вокруг. После суровой зимы будет начало новой весны, цветение и обновление. Таков закон природы; и единственное, что ты можешь сделать, — это принять его таким, каким он есть. Ох, но насколько это легче сказать, чем сделать!
Думая исключительно в одном направлении, Джози ехала вглубь парка. Физические упражнения разогнали кровь по телу, согрев ее изнутри и заставляя радоваться, что она приехала сюда. Возможно, Центральный парк и был оазисом относительного спокойствия в бурлящем городе, но ньюйоркцы и тут умудрялись наполнить каждый клочок травы или кусочек камня бурной деятельностью. Она проехала по Мэлл, широкой прямой аллее, по обеим сторонам которой выстроились огромные вязы, а вдоль нее расположились статуи великих литературных персонажей. Она свернула налево и поехала вдоль Шип Мэдоу[59], где были запрещены любые мероприятия, кроме пикников.
Ее лицо сияло, вены звенели от пульсирующей в них энергии, а легкие горели от непривычных усилий. Обычно ее воскресное утро было посвящено долгому сну, чаепитию, тостам, «Дэйли Мэйл» и Коту-Ранее-Известному-Под-Именем-Принц — и ничему более! С сегодняшнего дня она готова была каждое воскресенье вставать и сразу ехать кататься на велосипеде. Ну,
Джози снизила темп, давая отдых ногам. Напротив нее на склоне холма был маленький садик, и она остановилась у невысоких перил, решив передохнуть пару минут перед тем, как отправиться исследовать оставшуюся часть парка. Она спрыгнула с велосипеда, стянула резинку для волос, встряхнула головой, и волосы рассыпались по ее плечам. Она прислонила велосипед к перилам и пошла по небольшому уклону вверх, надеясь, что ее арендованный транспорт дождется того момента, когда она вернется назад.
Деревья в зимнем убранстве стояли далеко друг от друга, вытянув побелевшие кончики веток, словно пальцы. Кристаллики инея поблескивали на солнце, придавая всему вокруг налет волшебства. Отважное зимнее солнце начало согревать ее замерзшие щеки. Джози вздохнула и почувствовала, что напряжение слегка отпустило. Здесь было хорошо. Жить было хорошо. Было хорошо быть молодой, здоровой и в хорошей форме. Было хорошо иногда давать встряску своему телу, чтобы напомнить себе о том, что его надо ценить.
