– Эй, няня, порежьте мне пару яблочек. И кусок пирога погрейте! – парень явил себя в дверях моей комнаты. Сквозь орущую музыку слова подопечного были едва слышны. – Это же входит в ваши обязанности? – и гадкая ухмылка.
О да, если бы он был маленьким ребёночком, то я была бы обязана чистить ему яблочки, перетирать их в пюрешку, кормить дитятко с ложечки… Но Тим
– Хорошо, – отвечаю тихо, пожимаю плечами.
Парень навряд ли смог услышать меня, но суть ответа понял, ибо кивнул довольно и вновь скрылся в своей берлоге. А я потопала вниз, за яблоками и пирогом. Обратно «заказ» принесла на подносе, но, наученная горьким опытом, заранее отступила в сторону, когда стучала в дверь.
Конечно же, Тим не открыл. Да что уж там! Пацан просто не услышал стук, потонувший во всё нарастающей музыке. Понимая, что долбиться бесполезно, я открыла дверь – становлюсь заправской официанткой, научилась держать поднос одной рукой – и медленно ступила в обитель подопечного.
Тот во весь свой огромный рост растянулся на кровати. Из одежды на Тиме были лишь джинсы, настолько низко сидящие, что позволяли рассмотреть молодого человека во всей красе. Постель также была вся разворошенная: край одеяла сползал вниз, часть подушек валялась на полу…
Я едва смогла подавить усмешку. Поди специально представление устроил, мерзавец несовершеннолетний!
Ох, Господи, какая нынче малышня пошла – акселераты, право слово. Вот и этот валяется тут… Вроде бы и тело красивое: рельефный пресс, сильные руки, соблазнительно выпирающие бедренные косточки. Плюс к этому эдакая животная гибкость, та самая, что делает Тима похожим на хищника. И можно было бы назвать моего подопечного взрослым мужчиной, очень даже «интересным» для дам… если бы не поведение. Только обозлённый подросток может так мелочно издеваться над другими.
– Яблоки, пирог, – сказала громко, ставя поднос на кровать рядом с подопечным.
Он лишь лениво приоткрыл один глаз, с интересом наблюдая за выбранной жертвой. Я вежливо улыбалась, глядя Тиму в глаза. Дурачок.
– Приятного аппетита, Тимофей.
И ушла в выделенную мне комнату, пытаться хоть немного отдохнуть. Первую пару часов это даже относительно получалось, но всё нарастающая музыка выводила из себя. Внутри поднималась волна злости, пенилась, закипала…
– А ну сейчас же выключи эти чёртовы завывания! – рявкнула, врываясь в комнату Тима.
Только вот она была пуста. Экран компьютера давно погас, а колонки грохотали на максимуме, проигрывая ранее заготовленный список воспроизведения. Я раздражённо цыкнула, выключая звук. Дом мгновенно окутало такой желанной тишиной, слышно было только стрёкот кузнечиков за окном да шелест листвы. Райский момент.
Омрачало его одно. Кажется, Тим меня обдурил, свалив куда-то на ночь глядя.
Сказать, что я была напряжена – не сказать ничего. Я была на грани, нервы натянуты, как струны, готовые лопнуть в любой момент от неловкого движения или неправильного слова. Нужно было что-то делать, но… что?
Чёрт побери, да, на всякий случай я прошерстила весь дом и сад, но Тима, конечно же, нигде не было. Оно и понятно! Я, скорее, была бы в полнейшем шоке, если бы нашла подопечного, сидящего на качелях в саду с Моник на коленях. Тем более что кошечку на улицу не выпускают, она истинно домашняя и всемилюбимая. Примерно таким стал и мой Фай в этом доме – уж в ком, а в котах Алевтина души не чаяла.
Вот, кстати, и она приехала. На часах двенадцать ночи, а они с мужем только ползут с работы и не знают ещё, что новая гувернантка не исполняла свои обязанности надлежащим образом и упустила их сына. Надеюсь, так и не узнают, а ещё лучше – не спросят.
– Ладочка, добрый вечер, вы ещё не спите? – привычно бодро осведомилась Алевтина, словно и не было тяжёлого рабочего дня. – Как там Тимоша? Не шалил?
Женщина широко улыбнулась, муж её кинул на меня настороженный взгляд опытного бизнесмена, оценивающего собеседника. Хах, шалил… Ну, это смотря что принимать за шалости. Не-ет, что вы, ничего такого! Он просто сбежал. Куда? Кто бы знал. Есть целый немаленький город с кучей кафешек, клубов и иных забегаловок, работающих всю ночь, с многочисленными домами друзей и подруг, которые точно должны быть у Тима. Есть всё это, и есть я, которая обязана во что бы то ни стало найти подопечного.
Единственный вопрос: как?
– Добрый вечер, – улыбка была практически настоящая, вызванная последним вопросом Алевтины. – Что вы, не шалил, конечно. Всё прекрасно. Кушал хорошо, – добавила, вспоминая, как бегала ему за «яблочками».
– А что нас не встречает? Хорошо себя чувствует? Не заболел? – продолжила засыпать меня вопросами женщина. Нет, ну почему этого допроса не было вчера, когда Тим спокойно сидел в своей комнате, или позавчера, например?
