А, ну ясно. Парниша смылся от меня в клуб, где сегодня был какой-то знакомый ведущий с дурацким псевдонимом, нажрался как свинья или даже последний алкаш и в таком виде явился домой. Туда, где его в любой момент могут заловить родители, которые, наверное, приставили к любимому чаду гувернантку только чтобы избежать таких ситуаций.
К счастью, коридор второго этажа преодолеть было гораздо легче – то ли я уже попривыкла, то ли Тим хоть немного осознал происходящее и начал сам шагать, а не только висеть мешком. Когда я скинула его на кровать, почувствовала такое облегчение, что сама была готова упасть рядом, плача от радости. Работодатели не поймали нерадивую няньку и пьяного сынка. Ура!
Правда, от напряжения спина у меня отнималась, а ноги подкашивались, но ведь это детали. Всё пройдёт.
– Воды мне… дай… те… – прохрипел Тимофей, оказавшись на мягкой постели.
– Пьяница, – бросила я, подходя к столу и наливая желанную жидкость из графина. – Вот как можно было так нажраться? Как вообще можно было нагло сбежать из дома? – протянула ему стакан.
– Не знаю, – усмехнулся Тим, выпивая всё до дна и вручая посуду обратно мне.
Освободившись от обузы, он ухватился за край одеяла и попытался завернуться в него, словно гусеница. Не получилось, сил не хватало. Покачав головой, я присела на кровать и вытащила одеяло у подопечного из пальцев.
– Не знает он, – повторила недовольно. – А кто знает? Исчезает, как самый последний негодяй, а гувернантка тут волноваться должна…
Продолжая ворчать, потянула парня за плечо, заставив перевернуться на спину, и принялась расстёгивать оставшиеся целыми пуговицы рубахи. Избавившись от первой детали гардероба, перешла к джинсам, спать в которых пацану точно будет неудобно. А вдруг мамаша с утречка решит заглянуть? Сомневаюсь, что не почувствует запах перегара, но хоть сынок с виду будет спать по-человечески.
Из последних, кстати, вывалился и кошелёк, о котором не так давно вспоминала. Я на всякий случай проверила, там ли кредитка. Оказалось, что там, вместе с пятью-шестью штуками «на карманные расходы». Хорошо живёт пацан.
– Забо… заботливая ня-яня… – протянул Тим, словно дитё с наслаждением кутаясь в одеяло, которым я осторожно его укрыла. – Это хорошооо…
На губы невольно наползла улыбка. Ах ты гадёныш пьяный, не подлизывайся! Ты слишком сильно помотал нервы, требуя аннулировать контракт, а потом и своим внезапным исчезновением, потому я должна быть строгой и злой да отхлестать тебя ремнём за всё хорошее.
Но я лишь покачала головой, поправляя одеяло, и аккуратно стёрла следы помады с шершавой от щетины щеки. Акселерат, блин…
– Спи давай, горе луковое.
Я искренне полагала, что затащить полудохлую тушку в спальню – это сложно? Наивная! Привести оную в чувства, оказалось заметно трудней. В принципе, к вечеру Тим мог бы очухаться и самостоятельно, но к сожалению у Алевтины какие-то важные деловые разговоры оказались перенесёнными на поздний вечер, ради них нужно было ехать в другой город… Если коротко, домой они с Алексеем должны были вернуться поздней ночью, но зато смогли освободить обед. И хотели провести его с сыном.
– Тимофей, подъём! – я зашла в комнату к парню и рывком раздвинула шторы. – Через час здесь будут твои родители, которые желают видеть за столом во время обеда своего бодрого сына, спокойно проспавшего в кровати всю ночь.
– Не-ет, – простонал Тим, пряча голову под одеяла. – Было не так…
– Нет, было именно
– Лада, смойтесь отсюда, а? – недовольно. – И окно закройте.
– В любом случае подняться придётся.
– Пофиг…
Я тяжело вздохнула. Вот же наглец! Вчера его отмазывала, до комнаты дотаскивала, спать укладывала, а этот мальчишка ещё и ерепенится. Да разве ж нужно мне это всё было?
Пришлось применять запугивания, хотя не особо верилось, что они сработают:
– Тим, если ты не явишься на обед, то мне придётся честно признаться Алевтине и Алексею, что вчера их сын обдурил свою глупенькую няню и, сказав, что пошёл спать пораньше, сбежал из дома. Пришёл под утро пьяный, едва стоял на ногах…
– Они не поверят, – донеслось из-под одеяла. После пьянки Тиму явно было не особо хорошо.
– Поверят, если наведаются в комнату, которая напрочь пропахла перегаром, и увидят, что их любимый сын в таком состоянии.
Что ж, сказала я чистую правду: Тим действительно выглядел неважно. Нездоровый цвет лица, темные круги под глазами, щетина, следы помады, так и не стёршиеся до конца со щеки… и плюс к этому – не может подняться с кровати в два часа дня, хотя обычно подскакивает в шесть утра. Доказательства на лицо! К тому же хозяев с утра не видела, так что мгновенно придуманная легенда о том, что до поры до времени я не замечала пропажу Тима, может прокатить.
– Не поверят! – рыкнул парень, откидывая одеяло и обращая в мою сторону пламенный взгляд.
Пожала плечами в ответ, вставая с кровати и уходя прочь из комнаты подопечного. Ну, нет, так нет. Но я на всякий случай расскажу родителям всё, чтобы не придумывать очередную ложь.
