От дикого грохота я не просто проснулась, а, скорее, подскочила с дивана, как ошпаренная, кидаясь на шум и едва не падая. Спросонья казалось, словно случилось нечто ужасное – убили кого в соседней комнате или, например, потолок обвалился от землетрясения, – сердце долбилось в грудной клетке с такой силой, словно собиралось её пробить.
Причина шума нашлась в коридоре. Вернее, оная валялась в дверном проеме, ведущем из спальни. Тим цеплялся за косяк, пытаясь подняться, но раз за разом срывался. Волосы у парня были растрёпаны, светлая рубаха вся грязная и забрызганная разноцветными каплями коктейлей, на щеках виднелась уже отросшая щетина… Выглядит вроде бы таким взрослым, а ведёт себя, как сущий мальчишка.
– Ох, горе ты луковое… – тяжело вздохнула я, поспешив на помощь подопечному.
Сердце до сих пор бешено билось в груди, но я уже начала успокаиваться. Тимка же, словно забыв о своих вечных подколках и возмущениях, схватился за предложенную руку, как утопающий, жаждущий спасения, а после практически повис на мои плечах. Тяжеленный, блин! Как такая махина к семнадцати годам могла вырасти?
– Воды… – хрипло простонал парень.
Что ж, воды, значит, воды. Я собиралась было уже поскорей отвести его обратно к кровати, чтобы потом метнуться на кухню, но Тим добавил как-то тихо и смущённо:
– И в туалет. Мне… плохо… – а через пару секунд добавил виновато: – Пожалуйста...
Стоило только нам добраться до туалета, Тимка сразу же кинулся внутрь – пламенно обниматься с "белым другом". Бледнолицый стоял терпеливо и неподвижно, молчал, лишь иногда побулькивая водой в бачке, и стоически сносил все измывательства. Если проще, мальчишку просто-напросто вывернуло наизнанку, и в туалет ему было так жизненно необходимо именно из-за данного недомогания. Что ж, из двух зол меньшее!
Ну а что я? Нет, не возмущалась. И нотации не читала. Это успею и позже сделать. А пока пришлось войти в положение и, не заставляя себя ждать, отправиться на кухню в надежде найти там хоть какое-либо средство, которое может помочь облегчить мальчишке страдания. Хотя бы соду, чтобы водичку намешать – с ней желудок всяко прочищать легче. Ну, или, может, у Джоя где регидрон завалялся? Всё же он заядлый кутила! Хотя… именно статус "заядлый" означает, что пить Джой умеет – и уже давно, – поэтому ему не особо нужны средства, спасающие от отравления и помогающие прочистить желудок.
К счастью, сода всё-таки нашлась, как и чистая питьевая вода. Сделав слабенький раствор, я кинулась обратно к парню. Нет, ну не бросать же его, правда? В конце концов, я нянька Тима, а поэтому ответственна за него и должна помогать. Даже в похожих ситуациях. Хах, если подопечный
Ох, никак не могу себя простить… Ну как только посмела согласиться на этот поход в клуб? Ладно, в любом случае, что сделано, то сделано! Нечего самокопанием заниматься!
Мальчишка с благодарностью принял моё подношение и выглотал весь стакан залпом – пришлось бежать и намешивать ещё. А потом тащить полотенце. И терпеливо придерживать, как внезапно оказалось, довольно длинные волосы, упорно лезущие парню в лицо.
Последнее, кстати, было не так уж и плохо да противно. Во-первых, на моей памяти имеются долгие ночи, когда я откачивала напившегося кузена – Никита тогда как раз по клубам шлялся запоями. А во-вторых, сжимая в кулаке тёмные волнистые локоны, я прекрасно понимала, что в любую секунду помощь может превратиться в хватку, и тогда мальчишка взвоет от дикой боли.
