— Подожди, что ты делаешь? — выдохнул он, и его кожа приобрела тёмно-серый оттенок. Он так демонстрировал избыточное смущение.
— Ничего, — залилась краской Алиса. — Просто забудь!
Она обратилась лисицей и шмыгнула в сторону.
— Подожди! Алиса, да постой же ты! — бросился он следом.
— Отвали от меня! — услышал я всхлип лисицы. Она нырнула в кустарник, исчезая в нём. А вот Акулыч не смог пройти дальше.
— Да что ж понасажали тут всякого! — воскликнул он и обернулся ко мне. — Шеф, ну скажи ты ей! Что она сразу убегает?
Я прокашлялся, затем улыбнулся. Кажется, лисица смутилась ещё сильнее акулоида, и её очень сильно обидела его реакция. Просто не поняли друг друга.
То, что Алиса питает чувства к Акулычу, я понял только что. Хитрая рыжая особа тщательно скрывала свои эмоции, маскируя их под общие реакции на окружающие события. Поэтому я так и удивился.
Но мог ли я приказывать лисице выйти? Мог ли я вмешиваться в такие неожиданно появившиеся отношения между двумя полулюдьми-полумонстрами? Вряд ли, это их личное дело. Вот пусть сами и разбираются.
Змейка увидела лисицу, зарывшуюся в листву под густым раскидистым кустарником, в сотне метрах от нас. Она решила спрятаться и справиться со своими эмоциями. Ей нужно дать время понять, что произошло.
— Не могу найти Алису, представляешь? — пожал я плечами.
— Как же так, — Акулыч продолжал метаться по поляне. — У вас же вроде есть связующая нить.
— Да вот сам не понимаю, — я тщательно скрыл улыбку. — Вроде есть нить, а обнаружить не могу. И не отвечает она на мои просьбы вернуться.
— Значит, сама поцеловала и тут же спряталась! — начал возмущаться акулоид. — Это несправедливо.
— Ты грубо оттолкнул её, — объяснил я. — Так что всё логично.
— Я растерялся! — воскликнул Акулыч, теперь его кожа совсем потемнела, вследствие избыточных эмоций. — Меня тоже можно понять. И впервые поцеловался. Это тоже плюс.
— Но минус всё это перечёркивает, — ответил я. — Ты совершил необдуманное действие и теперь пожинаешь его плоды.
— Ладно, я, пожалуй, соглашусь с тобой, — тяжело вздохнул Акулыч. — Я готов извиниться.
— Это ты не мне говори, — произнёс я. — Алисе. Научись отвечать сам за свои поступки. Это называется самостоятельностью. И чувством ответственности.
— Да, я знаю, что у человеков такое есть, — подтвердил кивком Акулыч и бросился на поиски лисицы.
Я же направился к бассейну. Что удобно, рядом с ним уже было построено здание, где находилась раздевалка, несколько душевых кабинок, сушилка, даже сауна присутствовала, где можно было хорошенько попариться.
Вот в это здание я и зашёл, переодеваясь в плавки и оставляя одежду в одном из шкафчиков.
После знойного дня нырнуть в прохладную морскую воду — это просто нечто особенное. За последние годы бассейн стал больше раза в полтора точно. Грабби помог, а затем подключились и маги, которых любезно предоставил Родион. Они грамотно выставляли барьеры, давая возможность доделать новую часть бассейна и выложить её плиткой. Заодно и копеечку заработали.
Я проплыл сто метров до конца бассейна, затем повернул обратно. Вылез наружу, устраиваясь на шезлонге под палящими лучами солнца. Давно я так не отдыхал. Очень давно.
Если так посчитать вместе с годами в этом мире — больше двадцати лет точно.
Последний раз я так кайфовал, когда мы разгромили кровавых мародёров у пика Шёпот Звёзд. Вот у его подножий и плескалось Сапфировое Море.
Тогда я так же растянулся под солнцем, наедине со своими мыслями. Правда, не на шезлонге. Его мне заменял магический гамак. Но я так отдохнул после битвы. Так расслабился…
— А-а-а-а-а! Что же это⁈ Как такое могло произойти! Чтоб тебя псы бешеные разодрали, тварина ползучая! — услышал я вопли Захарыча со стороны новой территории.
Ну да, как же, дадут мне тут отдохнуть. Я вскочил и бросился в раздевалку, в то же время отправляя змейку на разведку.
Она увидела большую кучу чернозёма и бегающего вокруг неё Захарыча, который периодически копался в куче в попытках что-то найти.
— Только отошёл, и вот тебе на! — распинался Захарыч, когда я попал при помощи змейки на место происшествия.
Это след Грабби, и он что-то проглотил, иначе зачем Захарычу так распинаться? Кажется, я даже знаю, что именно.
— И зачем ты брал артефактные вилы? — покосился я на него.
Слуга только сейчас заметил меня. Он покраснел, как варёный рак, его трясло. Надо срочно успокаивать его, а то мало ли. Так может распереживаться, что инфаркт ударит.
— Сергей, привет! Хорошо, что ты подошёл… да только что! Я ж не знал! — сбивчиво начал отвечать Захарыч. — Оставил на пару секунд. Я ж не знал, что этот свин ползучий здесь почву обрабатывает!
— А меня спросить сложно было? — хмуро посмотрел я на слугу. — Грабби готовит территорию под новые посадки. Это я дал указание.
— Так я это… решил испытать в безлюдной местности свои эти… вилы, в общем, — уже тише и очень скорбно выдавил слуга, промачивая платком выступившие слёзы. — Теперь хана моим вилам. Всё, что у меня было…
— Во-первых, выдохни и успокойся, — остановил я Захарыча, пока он не довёл себя до ручки. — Всё ещё можно исправить.
