Сваты, молодые и музыканты снова уселись на три повозки и кони медленно, с достоинством повезли их по дороге, так что музыканты могли выводить на струнах свои мелодии и хорошо были слышны соленые шутки и взвизгивания развеселившихся гостей. А молодые должны быть начеку во все дни свадьбы! Не дай бог выпить лишнее молодому мужу. Шепот и ропот пронесся бы по всем соседним селам, и не было б конца суеверным предсказаниям, родичи молодоженов вздыхали бы и многозначительно переглядывались: «Не будет счастья в семье! Жди горя да печалей». Главной шаферице еще важнее не терять над собой контроль, следить, чтобы язык не заплетался! Она всюду сопровождает молодую. Учит ее, как отвечать на вопросы молодого, как отвечать на вопросы родных и свойственников, как целовать тех и других, как держать голову и руки, как пить и как есть. Одним словом, молодая просто кукла в ее руках. И если молодая ошибется в каком-нибудь обряде, тень падает на главную шаферицу. А винцо иной раз может сильно подшутить и сбить с толку слабую или малоопытную шаферицу. И тогда помогай бог! Не меньше года бабы будут судачить и возмущаться во всех селах, в церкви, в поле: как же ее, бедняжку, подвело вино, какое несчастье она накликала на дом и на всю будущую жизнь молодых!.. Ни шаферам, ни дружкам нельзя пропить свой ум на свадьбе. На них лежат тяжелые обязанности: здравицы, строгий свадебный ритуал, сложные причудливые церемонии, и, если при этом допустишь оплошность, запнешься, запутаешься, тебя ожидает тяжкое наказание, которое назначит старший в доме. А как сядут за стол, тогда уж прощай, разум! Прощай, гладкая, умная речь! Прощайте, добрые, здравые мысли!.. Особая торжественность царит в свадебном ритуале… Только первому дружке можно удалиться и то, когда уже пойдет настоящий свадебный пир в доме молодоженов. А так ему положено быть на своем месте, впереди свадьбы по дороге в церковь, из церкви, из дома невесты в дом жениха… Вот тогда ему нужна голова, а еще больше ноги. Зато во время свадебного пира он может отправиться хоть спать на сеновал, никто его не осудит.
По дороге к Медоничам на пути свадьбы у каждого дома зажигали костер на подворье или подальше. Выходил хозяин с большой корчагой вина, с хлебом и солью на подносе. Тут же вся его семья, дети весело поют и с лихими возгласами прыгают через костер! Свадьба останавливается, все слезают с повозок — костер виден издалека, а это большая честь и для молодых, и для поезжан. Музыканты заканчивают попутную, дружка, кружась и приплясывая, приближается к костру, одаривает детей и первым из свадебщиков перепрыгивает через огонь… Наконец музыка смолкает, наступает тишина, и хозяин дома начинает:
— Здоровья вам, молодая княгиня и молодой князь, и всем вам господа свадебщики, здоровья! Как чисто пылает и светит этот костер, так чтоб пылала ваша любовь да уваженье, молодожены мои! Как от этого пламени нет ни дыма, ни облачка, так чтоб чиста была ваша жизнь, ваша честь и ваши помыслы! Живите и милуйтесь, как голуби! Друг друга почитайте, как святых на алтаре! Пусть ваши мысли будут добрые, ясные и благочестивые, как у ангелов-хранителей! Отведайте, молодые, хлеба, посыпьте его белой солью, хлебните из корчаги развеселого винца! Уважьте меня и мой дом! Сколько крошек хлеба, столько деток чтоб запело у вас в доме! Сколько зерен соли, столько лет вам в счастьи и радости ухаживать за скотом и птицей, ходить за плугом, ралом и мотыгой, столько счастливых годков провести на севе, на жатве, дома, в пути! Сколько капель в этой корчаге, столько чтоб вас любило и почитало честных, почтенных, искренних людских сердец! Мой дом и все мое — ваше! Постучитесь — вам откроют! Позовите — отзовутся! Дай бог нам всем здоровья и радости, счастья и веселья! А вам спасибо за честь и уваженье! Ура!
И молодые берут хлеб, и подносят соль ко рту, и пригубливают вино, а потом дружка, держа в руках поднос с хлебом и солью, кувшин с красным вином, перепрыгивает через костер и кричит тонко и голосисто:
— Как вы нам, так и бог вам! Богу — молитва, попу — подать и целованье рук — так и мы воздаем друг другу добром за добро! Исполнились заветные чаяния ваши и наши — богу во славу, а нам на радость и веселье! Ура! Ура!
Хозяева обнимаются с молодоженами и поезжанами, а музыканты наяривают так, что от струн искры летят, вино из кружек, громко булькая, течет в горло, а оттуда прямо в веселящееся сердце. Дети вокруг костра водят хоровод, визжат и распевают песни.
И так возле каждого двора, без спешки и суеты. В доме газды Медонича уже из себя выходили. Больше всех сетовали стряпухи: и еда у них простынет, и весь дух улетучится. Да и тьма-тьмущая деревенских ребятишек гомонит в нетерпении. У бедняг слюнки текут от предвкушения лакомых кусочков, а ноги сами собой подскакивают в ожидании музыки.
— Едут! Едут! Едут! Уже под Рылом, уже сошли с повозок, на бугор поднимаются! — кричит наконец кто-то из толпы гостей, слетевшихся со всех сторон в богатый дом Медонича.
